— Это они искали вашу мать, эйр Майгорс, — встряла служанка, глядя на нас с явным недоверием.
— Да, мы хотели с ней увидеться, но это не отменяет того факта, что я целитель, — спокойно сказал Никей, и нас наконец-то впустили в дом.
— А что с вашей супругой? — осторожно поинтересовался Блордрак, когда мы снова услышали громкий женский крик из глубины дома. Так кричат от боли. Сильной боли.
— Она рожает, но что-то идёт не так, — сообщил побледневший от этого звука мужчина, заставив побледнеть и нас тоже.
— Ты раньше когда-нибудь принимал роды? — спросила я шёпотом у замершего после этой фразы Никея.
— Нет, лишь ассистировал пару раз во время практики. Но я знаю, что делать, — шепнул он в ответ без особой, впрочем, уверенности в голосе.
Надеюсь, что знает, потому что мой опыт в этом деле ограничивался лишь просмотром сериала «Вызовите акушерку». Ох, весёлый у нас намечается вечер!
Честно говоря, было страшно. А вид бледной, измученной молодой женщины, под которой на белоснежной простыне уже начинало расплываться алое пятно, напугал ещё больше. Я растерялась и не знала, что делать. Браслеты потеплели и начали ощутимо покалывать запястья. При необходимости я готова была применить свой дар, но, кажется, Блордрак пока справлялся. Если он и был растерян, как я, то на его действиях это никак не отразилось. Движения целителя были уверенными и точными. Никаких инструментов и лекарств у него при себе не имелось, он использовал только руки и магию.
Мне приходилось лишь подавать ему смоченные салфетки и убирать использованные — со следами крови. События развивались быстро. Очень скоро на свет появился новорожденный мальчик и издал свой первый крик. А когда Никей, перевязав пуповину, передавал младенца служанке, я вдруг вздрогнула и застыла, на мгновение увидев вместо них совсем других людей: его отца, передающего завёрнутого в тонкое голубое одеяльце младенца… моей матери. Мужчина протянул ей ребёнка и что-то сказал. Ох, неужели это фрагмент забытого воспоминания?
В реальность меня вернул окрик Никея. Он уже остановил кровотечение у роженицы и просил тёплую воду и очередную порцию чистых салфеток. К счастью, несмотря на некоторые осложнения, всё завершилось благополучно. Ребёнок был вполне здоров, а мать даже после ощутимой кровопотери чувствовала себя неплохо. Воспользовавшись тем, что все члены семьи остались довольны и были весьма благожелательно настроены, Никей попросил о встрече с эйрой Майгорс наедине.
Вообще-то, я уже не ждала от этой встречи ничего особенного. То, что женщина не появилась, когда решалась судьба её внука и снохи, уже свидетельствовало о многом. Прежде всего о том, что с ней что-то не так. Возможно, она глуха или прикована к постели. Только так можно объяснить столь странное равнодушие к происходящему — дом ведь не такой уж большой, крики роженицы в нём сложно не услышать.
Предчувствие не обмануло. Сын бывшей портальщицы, погрустнев, сказал, что мама давно уже не в себе — никого не узнаёт и ни на что не реагирует. Но целитель настоял на своём, да и я не готова была в двух шагах от цели просто развернуться и уйти.
Нас провели в дальнюю комнату дома, где у наполовину зашторенного окна в кресле сидела худощавая пожилая женщина, прикрытая тонким сиреневым пледом. Никей подошёл к ней, попытался заговорить, потом просто провёл диагностику, поводив ладонью над её головой, и со вздохом констатировал:
— Она ничего не понимает. Разговора не получится, а ты ведь за этим пришла, — он не спрашивал, а утверждал.
Я машинально оглянулась на дверь. Сын хозяйки плотно прикрыл её и вышел, оставив нас с матерью и пробормотав себе под нос, словно в оправдание, что хуже ей уже всё равно не будет. Что ж, сейчас мы были одни, можно не церемониться и не таиться.
— Как и ты, видимо. Зачем она тебе понадобилась?
— А тебе? — ответил он вопросом на вопрос, скрестив на груди руки в любимой защитной позе. Да уж, так у нас конструктивного диалога не получится.
— Хотела узнать, зачем к ней приезжала моя мама незадолго до смерти, — призналась в надежде, что не пожалею об этом. — А ты?
— Какая теперь разница, всё равно с ней бесполезно общаться, — ушёл от ответа Блордрак, вызвав прилив раздражения. Нет, так дело не пойдёт!
— Хватит юлить и воротить от меня нос! — рассердилась я, подходя ближе. — Может, мы больше не союзники, но ведь и не враги. И я не настолько глупа, чтобы поверить в случайную встречу. Так с какой целью ты здесь? Отвечай, иначе…
— Иначе, что? — невесело усмехнулся собеседник. — Будешь угрожать мне, как твой дед?
— Нет, подумаю, что ты за мной следишь, — возразила уже не так уверенно. — Так Дорган тебе угрожал? Поэтому ты решил просто отдать меня ему на растерзание?
Значит, дело было не только в обмене душами? Это, конечно, дела не меняет, но я хорошо знала, как ловко дедуля может манипулировать людскими слабостями и чувствами.
— Нет, — помолчав, медленно возразил Блордрак, сверля меня нечитаемым взглядом, — поэтому я решил его… уничтожить. Никто не смеет угрожать моей семье!
