Никей говорил сдержанно и казался спокойным, но было заметно, что он напряжён, словно до отказа натянутая тетива лука перед пуском стрелы. Его предложение мне не понравилось и напрягло. Снова спать? Да ни за что! А вдруг снова весь этот ужас приснится?!
— Вряд ли я смогу сейчас уснуть.
— Сможешь, — целитель с отстранённым видом взял со стоящего рядом столика пузырёк с какой-то зеленоватой жидкостью и протянул мне. — Вот, выпей. Спокойный сон без сновидений гарантирован. Тебе нужно восстановиться. Ничего не бойся, что-нибудь придумаю, а сейчас мне пора идти.
Куда? Убивать короля? Я бы не удивилась. Он сейчас на что угодно способен — в глазах фанатичный блеск, кулаки сжаты до побелевших костяшек, губа закушена, брови сведены к переносице. Тетива уже не просто натянута, а готова вытолкнуть стрелу в любую секунду. Нельзя его в таком состоянии отпускать! Да и мне совсем не хотелось оставаться наедине со своими мыслями, заполненными страхом, тревогой и паникой. И вообще, мы так ничего и не обсудили.
Никей сделал движение, намереваясь встать, но я вцепилась в его ладонь и горячо попросила:
— Не уходи. Не сейчас. Мне страшно!
Он как будто очнулся от транса, посмотрел на удерживающую его руку, которая заметно подрагивала, перевёл взгляд на моё лицо и, словно прочитав мысли, с горькой усмешкой сказал:
— Не бойся. Я не собираюсь бежать во дворец и убивать короля. Хотя мне этого безумно хочется.
— Мне тоже, — кивнула, не отводя взгляда. — Но это ничего не изменит и не вернёт наших родителей.
— Ты дрожишь, — тихо констатировал целитель, и теперь уже сам взял меня за руку, переплетая свои пальцы с моими.
Да, эмоции схлынули и притупились, а вот тело всё ещё помнило пережитый кошмар и периодически реагировало нервной дрожью.
— Мне как будто снова четыре года, и я всё ещё там, во сне. Не хочу оставаться одна.
— Вот поэтому и нужно выпить лекарство. Утром станет лучше.
Он снова протянул мне пузырёк. Пришлось выпить. Прислушалась к себе. Пока вроде бы ничего не ощущалось.
— Я усну быстро?
— В течение часа, а я пока побуду с тобой, ложись.
Я послушно опустилась на покрывало, Никей тоже лёг рядом, не выпуская моей руки. А свободной рукой он сделал несколько замысловатых пасов, и с кровати Ридии на меня мягко опустилось одеяло.
Так мы и лежали несколько минут, думая каждый о своём, но в целом об одном и том же. И всё же атмосфера в комнате немного изменилась. Жених уже не был так напряжён и начинал постепенно успокаиваться.
— А ведь Доргана во сне я так и не увидела, — сказала задумчиво. — Почему же он боялся этого воспоминания?
— После переворота он как-то резко поднялся и неожиданно оказался приближен ко двору, — негромко отозвался Никей. — Так что без него тут в любом случае не обошлось.
— С кем ты собираешься встретиться? — Не представляю, кому можно доверить такую опасную информацию? Не станет ли нам в результате ещё хуже? А ведь и так уже кажется, что хуже некуда.
— Знаешь, есть люди, которые до сих пор ждут возвращения законного наследника и не перестают его искать, — после паузы неожиданно сказал целитель.
Я удивилась и насторожилась. Что там за люди такие целеустремлённые? Неужели тут очередное восстание готовится? Только этого мне не хватало!
— Никей, ты состоишь в каком-то тайном обществе? — уточнила тихо и настороженно.
Целитель посмотрел на меня с искренним удивлением, покачал головой и пояснил:
— Нет, это мне друг отца рассказывал. Я тебе о нём говорил. Мы много лет поддерживаем отношения. Он, кстати, никогда не верил в его измену. Хочу сначала с ним переговорить.
— Это который может организовать просмотр воспоминаний на законных основаниях? — оживилась я. — А если мне…
— Нет, твои не подойдут, — устало возразил жених, не дав договорить. — Это ведь не совсем воспоминания, а сны о реальных событиях. Для высшего суда их недостаточно. Наш преступник — не простой человек. Тебя никто слушать не станет. Ещё и в государственной измене обвинят.
Я нервно сглотнула и не стала спрашивать, что меня ждёт в этом случае. Всё и так ясно. Вот попала, так попала! Попробую обвинить короля — арестуют и казнят за измену, а если вдруг чудом удастся выжить, король сам поспешит от меня избавиться, потому что такие свидетели долго не живут. Удивительно, как он меня сразу не убил вместе с мамой!
— Вот если получится найти ребёнка, тогда шанс есть, — продолжал задумчиво рассуждать Блордрак, машинально водя пальцем по моему запястью.
— Ему даже года не было, — напомнила на всякий случай. — Что он может помнить? Думаешь, воспоминания такого малыша будут иметь хоть какой-то вес?
— Не знаю. Потому и хочу проконсультироваться.
Не хотелось его разочаровывать, но я не сомневалась, что шансов найти пропавшего принца у нас ровно ноль целых, ноль десятых, а значит, его можно даже не брать в расчёт.
— Боюсь, мальчик сейчас где-то на Земле — в мире, где я жила. Если, конечно, вообще выжил после перемещения.
