Он открыл кран и начал смотреть, как блевотина уносится в потоках воды, кругами всасываясь в слив. Вода была холодная. Брызги от нее попадали Аяо на пылающее лицо. Он протянул руки и медленно, с насдаждением омыл их в этой сверкающей воде. Да. Прекрасно. Аж кости заломило - а кожа сморщилась. С жадностью Аяо зачерпывал еще и еще, растирая по своему лицу свежие воды, отфыркиваясь, как тюлень. Волосы он тоже помыл под краном. Тер кожу ногтями, как скребком - еще и еще, пока она не покраснела и не зашелушилась. Аяо оттирал следы грязи с остервенением. То был священный ритуал. Очищение.
Все...
Кажется, теперь он наконец чистый. И раковина тоже чистая, и никаких следов. Наклонившись, Аяо отпил ледяной воды. Огибая съежившийся язык, вода холодной струей стекла ему в пищевод.
Какое блаженство.
- О, господи, - слабым голосом произнесла Куми.
Аяо обернулся.
Он подумал, что слова Куми относятся к его ритуалу, и на миг эта мысль обожгла его, заставила взъяриться. Странно - ведь обычно он гораздо спокойнее. Гораздо лучшее владеет собой. А сейчас с него будто содрали кожу: так мощно реагировал он на раздражители.
Наверное, близость смерти так на него повлияла. Либо сюрприз от Мейды. Неважно.
"Мейда, - подумал Аяо. - Мне надо обдумать это. Обдумать на досуге, когда я буду спокоен".
Он был чудовищно слаб.
Однако Куми даже не смотрела на него. Она усиленно таращилась в потолок и дрожала от страха. Она была ужасно бледная - даже бледнее, наверное, чем он сейчас.
Аяо попытался сделать шаг - и вдруг понял, что не может. Аяо опирался на раковину. Буквально лежал на ней. Без этой опоры он просто растянется на полу, вот и все.
Превозмогая боль в истерзанной глотке, Аяо произнес:
- Куми... - и сам поразился, насколько слабым и бессильным вышел этот призыв.
Куми вздрогнула, как олененок.
- Помоги мне, - попросил Аяо.
- Ну что еще? - умоляюще произнесла Куми. Она сидела на диване и не собиралась даже двинуться с места. - Я оставлю конспекты и уйду. Я тебе помогла... Мне надо идти.
- Нет.
Аяо попытался покачать головой, но не получилось. Куми все еще сидела на диване. Она опустила голову. Плечи ее содрогнулись и поникли.
- Ты отравился, да? - спросила она наконец.
"Все".
Устав стоять, Аяо мешком рухнул на пол. При этом он больно приложился щекой о кафельное покрытие. Чернота накрыла его, перед глазами вспыхнуло алое марево. Аяо дернул ногой.
Куми вскочила.
- Ацумори! - Аяо сам поразился отчаянию, что прозвучало в ее голосе. Тут и все - и отвращение, и страх, и обреченность. У нее больше не осталось выхода. Куми подошла к нему, вздохнула с каким-то непередаемым омерзением и наклонилась.
- Уф.
Она подхватила его за плечи. Очень неумело, стараясь, видимо, не испачкаться, потащила к дивану. Аяо проехал лицом по полу. У самого дивана Куми вздернула его сзади за воротник футболки и потащила вверх. Сил у нее не хватало. Куми отчаянно взвыла, и одним страшным рывком дотянула-таки его до подушки. Ее тело было совсем рядом, и Аяо чувствал ее запах, пробившийся сквозь остаточные запахи отравления, тонкий и девичий. Мыло. Шампунь. Гели какие-то...
Куми впечатала его лицом в подушку. Затем, схватив за ступни, втащила на диван и нижнюю половину его тела. Куми тяжело при этом дышала. Аяо молчал. Он-то дышать не мог: подушка мешала.
- Прффф...
- Ой, - осознала свою ошибку Куми.
Не без труда она перевернула Аяо.
Их глаза встретились, и Куми немедленно отвернулась. Как Мейда недавно. Только Мейда хотела его обмануть, а Куми его спасает.
- Куми, - произнес Аяо.
- Ну что еще? - плаксиво произнесла она. - Может, хватит уже, Ацумори? Я уйду. Я уже ухожу.
- Куми.
- Что?! - взорвалась она.
- Спасибо. Этого достаточно, - Аяо отвернулся. - Я знаю, тебе было трудно. Благодарю.
- Я... - Куми смолкла.
Она некоторое время стояла и молча рассматривала его. Аяо не шевелился. Он погружался в глубокий анабиоз. Возвращался к своему исходному состоянию. Таким он был, когда дрейфовал в водах плаценты. Мыслящее ничто. Соединение плоти. Автономный организм...
Пощечина вырвала его из блаженного сна.
- Не спи! - испуганно взвизгнула Куми.
- Я Ацумори Аяо, - широко распахнув глаза, произнес он. - Нэ-сан, я помню, помню это имя. А-я-о. Ты довольна?
Еще пощечина.
- Хватит! - Куми задыхалась от всего этого. - У тебя есть активированный уголь? Или что там дают?
- Не знаю, - ответил Аяо.
- Болван!
Куми вскочила и умчалась куда-то прочь. Через какое-то время она вернулась с целым ворохом каких-то таблеток.
- У вас тут таблетки от головы... От похмелья... - она брала пачки и пальцами выдавливала из них таблетки. - А вот уголь, съешь его. И это тоже. У вас что, кто-то пьет алкоголь?
- Да, - ясным тоном ответил Аяо.
- Ты пьешь? - требовательно спросила Куми.
Его удивило это предположение.
- Нет. Нэ-сан.
- А где родители твои?
- Уехали, - ответил Аяо, хотя никакой обязанности отвечать у него не было. - Навсегда.
- Понятно, - произнесла Куми.
