Подошли к сцене. Ведущий как раз заканчивал рекламировать «новую звезду эстрады», слышались слабые аплодисменты.
– Ну, с Богом, – оставив мужчин позади, она шагнула на свет прожекторов.
…
Зрительный зал оказался под завязку забит людьми. Первые два ряда занимали представительные мужчины в костюмах и дамы в дорогих платьях с сумочками, сверкающими всеми цветами радуги. Только одно место пустовало, ожидая хозяина.
«Для Майка», – Даша пробежала глазами по остальным местам, обратив внимание на кресла в центре первого ряда, где сидели Роуз и незнакомая высокая женщина, крутящая в руках длинную деревянную трубку. Поймав взгляд девушки, Роуз улыбнулась и махнула рукой, ее соседка покачала трубкой, указывая на стоящий на сцене микрофон.
«Да знаю я…»
Подойдя к микрофону, она сняла его с стойки и открыла рот.
– Приветствую всех, собравшихся в этом зале! Для меня большая честь и огромная радость – петь для вас сегодня. Думаю, многие помнят мое выступление на сцене филармонии почти две недели назад, и могу вас заверить – с тех пор мой голос достиг новых высот, поэтому – наслаждайтесь зрелищем и постарайтесь не сойти с ума от счастья!
Девушка поклонилась, ловя раздающиеся в зале смешки. Заиграла дорожка первой песни, и концерт начался.
…
– Самое смешное, что она это серьезно. Про «не сойти с ума», – Роуз шептала своей соседке, дожидаясь начала песни.
– Не поверю, пока не услышу сама – та ответила, не выпуская из рук трубку. – Тем более, ваши способности пересекаются, на твои ощущения полагаться нельзя.
– Ну-ну… Кстати, Вера… Дай угадаю, в трубке спрятана камера и мощный микрофон?
Женщина ухмыльнулась, положив трубку на колени, и ничего не ответила.
Девушка на сцене, наконец, начала петь и зал замер, прислушиваясь. Первая песня вызвала жидкие аплодисменты, началась вторая и женщина с трубкой повернулась к Роуз.
– Что-то я ничего не замечаю… Так и должно быть, мм?
– Просто подожди. На пробуждение этого дара уходит время, – Роуз безмятежно улыбалась.
– Ты забыла об этом рассказать… И сколько ждать? Полчаса, ч…
Заметив перемену настроения в зале, женщина осеклась, оглядываясь по сторонам. Лица людей постепенно становились всё более счастливыми, все разговоры затихли. Наконец, она сама вжалась в кресло от разливающегося по телу тепла. Больше всего это походило на струи горячей воды под душем, проникающие в каждую клеточку тела; смывая усталость, они успокаивали и погружали в легкую дрему.
Тепло становилось сильнее с каждой секундой, пока Роуз не сжала руку в кулак с поднятым вверх большим пальцем. Девушка на сцене еле заметно кивнула и продолжила петь.
Накатывающиеся волны стихли, и женщина ощутила себя сидящей в горячем источнике под открытым небом. Подводные течения ласкали тело, сверху накатывал холодный воздух пауз в песне, освежая разум.
Песня закончилась, воцарилась мертвая тишина. Прошла секунда, другая, и зал взорвался аплодисментами, люди вскочили с мест, громко крича «БРАВО!». Певица поклонилась, счастливо улыбаясь.
Зрители приходили в себя еще минут пять. Когда все успокоились и сели обратно в кресла, ведущий объявил следующую песню.
– Это было… удивительно, – женщина сжимала трубку в руках так, что побелели костяшки на пальцах.
– Это был немного перебор, – Роуз улыбнулась. – Если зал и дальше так будет реагировать, мы не доживем до конца выступления, так что…
Она, словно император в Колизее древнего Рима, повернула сжатую в кулак руку, показывая пальцем вниз и в сторону. Девушка на сцене вновь кивнула, приготовившись петь.
– Сбавим обороты, самое вкусное оставим напоследок.
…
– А сейчас мы объявляем небольшой перерыв, и через десять минут вернемся с продолжением, не скучайте! – Допев 6ю песню, Даша направилась в гримерку, тяжело дыша.
«Это сложнее, чем я думала… Контролировать столько потоков силы одновременно, чувствую себя выжатой как лимон», – она ворчала про себя, пытаясь понять, как продержится еще полчаса. Уже у самой двери гримерки ее догнала Роуз в сопровождении подруги.
– Знакомьтесь – Даша, новая звезда в нашем мрачном небе, – Вера, целитель.
Девушка вздрогнула, вспоминая, где могла слышать это имя.
– А… приятно познакомиться, – не выудив из памяти ничего полезного, она улыбнулась и пожала женщине руку.
– И мне приятно… Даша. Хорошо поёшь, я бы даже сказала,
Вера плотоядно улыбалась, ощупывая Дашу взглядом. Та дернулась, чувствуя себя кроликом, сидящим рядом с большим удавом и еле подавила желание вбежать в гримерку, захлопнув за собой дверь.
– Я вижу, все в сборе. – подошедший Ник слегка улыбнулся Вере. – Ты хотела о чем-то поговорить?
– Хмм, давай отложим до конца выступления нашей звезды. Сейчас мне больше интересно, как она реагирует на стимулятор. Может, зайдем внутрь и проведем, так сказать, сеанс лечения?
Обменявшись взглядами, четверка зашла в гримерку, усевшись на тесно сдвинутых стульях возле шкафа с реквизитом.
– Значит, это благодаря вам я могу сейчас петь? – Даша покосилась на появившийся из сумочки Веры шприц.
