В конце концов, Наруто подхватил его на руки и, уложив на кровать, навис сверху. Халат полетел на пол, через минуту к нему присоединилась и вся остальная одежда, и Саске, тихо постанывая, исступленно наслаждался ревнивыми горячими поцелуями.
Демон непрерывно водил руками по его телу, яростно целовал, оставляя на коже густые алые пятна. Саске стонал все громче, прижимался к нему все теснее, а граф, неистово хрипя, медленно сходил с ума.
Страсть бурлила в крови, словно вскипяченная вода, мысли постепенно покидали и графа – невинное девственное тело Саске, его стоны, отчаянные движения, хриплое дыхание – все это дико нравилось ему, срывая с привычного невозмутимого режима.
Он с невероятным удовольствием ласкал юношу, упивался его надрывными вскриками, и сам глухо рычал, испытывая фантастическое желание.
Он стал мягко зализывать соски омеги и, когда тот, в ответ на эти новые изумительные ласки, стал задыхаться, издавая громкие неудержимые возгласы, свирепо зарычал, нещадно кусая его.
Вскоре Саске страдальчески захныкал:
- Я не могу… это выносить… Ну же: возьмите меня! Прошу!
Наруто не стал его мучить. Тяжело прерывисто дыша, он закинул ноги Саске на свои плечи и тут же, не тратя время на подготовку, стремительно вошел в него.
Юноша оглушительно заорал, откидывая голову назад, внезапное проникновение поразило его, словно багряная молния, вспыхнувшая без всякого предупреждения.
Пронзительная боль и ослепительное наслаждение… В голове замелькали странные неясные образы, тело как будто стало в несколько раз чувствительнее; Саске, конечно, не мог этого знать, но его глаза больше не были черными; они были ярко-алыми, и их пересекали три изящные запятые.
Его демоническая сила восстала из мертвых, но он еще этого не понимал.
Содрогаясь от феерического наслаждения, он смотрел в глаза Наруто, не менее безумные и голодные, и, все еще крича, толкнулся навстречу, теряя рассудок от безумного чувственного удовольствия.
Намикадзе, из горла которого рвалось звериное рычание, стал агрессивно всаживаться в него, каждым рывком достигая невероятных высот страсти.
Они уже ничего не сознавали, прошлое и будущее слилось в бесформенную массу, оставив только настоящее, яркое, ослепительное и желанное.
В темных покоях слышались громкие неистовые крики, глухое надрывное рычание и редкие всхлипы, рвущиеся из груди Саске. Они растворялись друг в друге, упивались дикими чувствами и ничего не помнили.
В конце концов, чувства взорвались, достигнув неизменного предела, и Наруто, застонав, бурно излился; Саске, срывая горло, последовал за ним; содрогаясь от взаимного сумасшествия, юноша с наслаждением ощутил внутри появление тугого узла.
Каким-то образом он понял, что это метка – граф пометил его, как омегу, принадлежащую только ему.
Глаза Наруто загадочно мерцали, когда он смотрел на Саске, задыхающегося от пережитого потрясения. Они жадно смотрели друг на друга, восхищаясь и сходя с ума. Хрипло задышав, Саске приподнялся и нерешительно поцеловал его. Наруто ответил, их языки тут же сомкнулись, мягко и неторопливо лаская друг друга.
Спустя какое-то время сцепка прекратилась, и граф, откинувшись, лег рядом с Саске. Они молчали в сладостном утомлении, медленно восстанавливая дыхание.
Но вот демон повернулся, и их взгляды решительно схлестнулись.
Все повторилось. Безумная страсть, крики, стоны, рычание, феерическая молния разрядки. Потом еще раз. Еще, еще, еще… И так всю ночь.
Заснули они лишь под утро, но когда Саске открыл глаза, сверкающие, ярко-алые, кроме него, в постели никого уже не было.
Юноша испуганно огляделся и сразу же увидел графа. Он стоял у окна, в роскошном черном одеянии, и хмуро смотрел на него.
Саске почувствовал страх. Желтая Смола успела выветриться из его головы, и теперь он понял, что, не будь ее, никакая сила не заставила бы его отправиться ночью умолять хозяина о… сексе.
Сердце юноши тревожно сжималось, его пронзил стыд; трепетные чувства, что он испытывал к Наруто, как будто заледенели под взглядом холодных суровых глаз демона.
- Получил, что хотел? - мрачно спросил Намикадзе.
Юноша изумленно уставился на него:
- О чем вы?
- Я прекрасно знаю, зачем ты явился ко мне, щенок, - со злостью сказал тот. - Я понял это сразу, но не смог… сдержаться.
Саске приподнялся, его хрупкие плечи трогательно выглядывали из-под белоснежного одеяла:
- Я… я пришел к вам… потому что хотел… быть с вами, - прошептал он, опуская голову и неумолимо краснея.
- Только не надо мне лгать, - свирепо прошипел демон. - Ты хотел получить свою силу. Ты знал, что для этого должен потерять девственность. Потому и явился!
- Нет! - в отчаянии воскликнул Саске. - Нет! Это не правда! Я даже не думал о силе! Клянусь, я думал только о вас!
- Мне триста лет, мальчишка, - неожиданно тихо произнес хозяин замка. - Неужели ты думаешь, что я поверю… в такую блажь?
- Но это правда! - Саске чуть не плакал.
