- Больше ты меня не увидишь, - по-прежнему тихо молвил демон. - Теперь ты силен и независим, через время Итачи явится сюда, и вы станете владыками тьмы. Я ни о чем не прошу. Мои черти в твоем распоряжении. На этом все, малыш Саске.
- Нет… - по щекам юноши полились слезы. - Поверьте мне! Поверьте!
- Всего хорошего.
- Остановитесь!
Но демон уже исчез, и Саске, спрыгнув на пол в стремлении удержать его, упал на колени, оставшись в комнате наедине со своим горем.
Граф Намикадзе исчез и, судя по его словам, возвращаться он не намерен.
Юноша тихо застонал от отчаяния:
- Ну почему? Почему вы мне не верите? Я ведь сказал чистую правду! Одну только правду…
Увы, Наруто его уже не слышал.
========== Глава 8. Отрада ==========
Темари, Хината и Гаара пришли в полное недоумение, когда вдруг выяснилось, что Саске прекрасно осведомлен о своем истинном происхождении, и его сила, воскреснув, оказалась всецело в его власти.
Впрочем, вернее сказать, он получил огромные физические и телепатические возможности, но управлять ими пока не умел. Для этого ему нужна была помощь опытного и крепкого демона с похожими умениями, иными словами – помощь Итачи.
К счастью, демоны не знали, каким образом возродилась его подлинная сущность, хотя, надо заметить, Хината быстро связала этот факт с внезапным и скоропалительным отъездом графа. Но связать все в единую картинку было практически невозможно.
В конце концов, Гаара заключил, что Саске просто-напросто достиг того возраста, когда его сущность непременно должна была вырваться наружу. Это было неверное суждение, но Саске, естественно, возражать не стал.
По правде говоря, его нисколько не интересовало, что думают эти трое. Внезапно раскрывшаяся сила то и дело рвалась из-под контроля в виде рушащегося стекла, или того хуже – царапин на нежных ручках Темари.
Саске не совсем понимал, как управлять своими возможностями, поэтому не мог сохранять равновесие, когда в дело вступали эмоциональные флюиды. Темари быстро усекла это и вскоре перестала раздражать его.
Хината и Гаара очень тревожно смотрели на Саске, видя, что он сильно изменился после своего воскрешения. Они, конечно, не могли догадаться, что дело было отнюдь не в силе, а в печальном разладе между ним и графом.
Глаза Саске, ярко-алые, пересеченные странными зловещими запятыми, теперь всегда выражали тоску и отрешенность; в них больше не было задора и веселого огонька.
Страдание сквозило в каждом его движении, и через некоторое время даже Темари стала всерьез тревожиться за него.
Демоны никак не могли его понять. Да и как они могли это сделать, если Саске совершенно перестал разговаривать и, выплескивая лишь краткие заявления, безвылазно сидел в своих апартаментах?
Темари нервничала и бурно выражала свое удивление, Хината грустила и тревожилась, ну а Гаара мрачно размышлял, чувствуя, что во всем происходящем есть что-то, им троим неведомое, но невероятно важное.
Да, Саске был сломлен. Исчезновение графа, его жестокие слова повергли юношу в состояние безысходного отчаяния.
Он не хотел никого видеть, днями напролет лежал на кровати, уставившись в потолок, и развлекался тем, что раскалывал с расстояния армию хрустальных солдатиков, разложенных на столе.
Его чувства, раненные и истощенные, не давали ему покоя, а мысль, что он никогда больше не увидит графа, доводила до истерик.
Он отказывался от еды и вскоре стал бледным, как ножки опят; демоническая сила выплескивалась наружу все чаще, и разрушения приносила все более серьезные. Раздражительность, тоска, горечь и безнадежная злость терзали его изнутри, словно неизлечимая болезнь, тяжелая и мучительная.
Хината однажды прослезилась, увидев, как Саске плачет, лежа поперек кровати и что-то неслышно повторяя. Девушка не различила горьких слов: ну почему.
Казалось, он растворится в своих страданиях и превратится в безумное одержимое злостью существо, лишенное понимания и сердечности, как вдруг, по истечении двух месяцев, что-то изменилось.
Саске целую неделю не мог понять, что именно. Он изнывал от смутного волнения, метался, как раненное животное, сходил с ума от тревоги и неведения, силясь понять, что с ним происходит и, в конце концов, осознание пришло.
Сразу же вслед за этим отчаяние, муки и тоска канули в прошлое, точно древние листы истории. Счастье и радость пронизали измученное сердце Саске, нежность окутала его, словно пуховое одеяло.
Темари, Хината и Гаара изумленно вытаращились, когда он вдруг спустился к завтраку (чего не делал уже много недель) и радостно поприветствовал их.
Демоны шокировано переглядывались, не зная, что и думать.
- Ты выглядишь счастливым, - изумленно промолвила Темари.
- Так и есть, - сказал юноша, усевшись во главе стола. Его мистические глаза радостно мерцали.
- Ты вернулся, - прошептала Хината, заламывая руки. - Я так рада, так рада!
- Но что это, черт возьми, ты выкидывал столько времени? - спросил Гаара. - И почему теперь так внезапно оправился? Это пугает, знаешь ли. То ты сохнешь и умираешь, то смеешься и сияешь. В чем дело-то?
