Так по парку мы бегали не так долго, минут десять. За которые Алина почти смогла нагнать меня раза четыре. Сестренка уже не обижалась, она вообще очень быстро прощает, что и делает ее прекрасным собеседником и просто другом. Зато есть и минусы: не убежишь в первые пять минут — станешь ходячим (читай: ползущим) манекеном. При очередном вдохе я почувствовал что-то чересчур знакомое, но не мог понять, что это за запах, поэтому застыл на месте и с какой-то тревогой вдыхал запах трех человек, от одного несло недавним потом и кровью. Мою концентрацию прервала налетевшая сзади и принявшаяся со смехом меня щекотать Алинка. Однако, заметив мое замешательство, поинтересовалась:
— Что случилось?
В ответ я поднес указательный палец к губам и стал глубоко с шумом вдыхать. Через минуту вердикт был готов: группа неизвестных мне людей, среди которых чувствовался аромат «Х», надысь встречавшийся мне как в нашей квартире, так и от тех Убийц и даже в институте. А направлялась сия группа в сторону нашего дома…
— Алин.
— Агась?
Я улыбнулся в предвкушении:
— Помнишь азы диверсии?
— Обижаешь? Скажи лучше, что ты нанюхал?
Быстро пересказав все, принялся готовить план в голове.
— Воно как… — протянула Алинка, повернувшись в сторону дома. — Действительно, я чувствую пятерку незнакомых людей в нашем доме.
Я удивился:
— Ого, ты опередила меня, — улыбнувшись, взъерошил девушке волосы и сразу получил ощутимый тычок в бок.
— Ты чего дерешься?
В ответ сестренка шумно вдохнула:
— Как раны? Уже не кровоточат?
— Откуда узнала? — искренне удивился я.
— Ну, — самодовольно изрекла Алинка, — с волками жить по-волчьи выть.
Я одобрительно покачал головой: ну никак не ожидал, что Алинка вообще когда-либо начнет изучать запах и даже пробовать на себе. Да уж, забываю я иногда об ее «убийственных» корнях. Она действительно достойна звания Мастер Скрытности. А вот я своего Абсолюта лишился довольно давно… Где-то два года назад, когда потерял зрение. Не имея представления о внешности и повадках людей этого времени, я разучился смешиваться с толпой, чем владел до этого в совершенстве. Теперь, а точнее последние несколько лет, я стал простым Мастером боевых искусств. Хотя, до Мастера мне как до Китая — не так далеко; но есть определенные сложности.
— Знаешь, — снова задумался я, — так и не понимаю, зачем мы им нужны…
— Может, они откуда-то узнали о нашем предательстве?
— О каком предательстве ты говоришь? Когда сдержу обещание, данное Андрею, снова начну выполнять Заказы в Гильдии.
Алинка очень сильно удивилась, повернувшись ко мне:
— Но… я думала, ты покинул Гильдию…
— Временно, когда был… — попытался я подобрать подходящее русское слово, — немного не в себе…
— И все это, — она обвела «новый мир» руками, — из-за какого-то обещания?
— Не какого-то, — я начинал злиться. — Я многому обязан Андрею и Маше. Если бы не они, меня бы уже здесь не было, — тут же в голове пронеслись воспоминания схваток с группой Убийц Салидона и тем седовласым мужиком в странной робе с непонятным стилем боя. — Дал обещание — сдержи его любой ценой.
— Ох, мужчины… — вздохнула Алинка, — Вы такие непонятные…
Выпучив глаза, я повернулся к сестренке, словно не заметившей моего жеста: и это мы-то странные?!
Только я хотел изречь это, как мне пришла в голову мысль:
— Слушай, а нужно ли нам вообще возвращаться домой?
— Как это?! — ужаснулась девушка, — У меня же там… у меня там две недосмотренные анимешки, куча пособий по изучению корейского и некоторых малоизвестных языков!! Еще надо отписать на нескольких форумах!.. Да там столько дел!
— Да ладно тебе, ты и так у нас всезнайка.
Сестренка надулась, и как всегда, первые пять минут не говорила со мной. Однако потом, когда мы проходили мимо очередного рекламного щита, Алинка вдруг остановилась, набрала номер и что-то там забронировала. Как выяснилось, Алинка решила сводить меня на концерт какого-то там сольника, который начинался через час.
В начале я не воспринял эту идею с должным оптимизмом, однако, по прошествии первых пятнадцати минут концерта, все мои сомнения улетучились. И два с половиной часа я наслаждался музыкой Алексея Архиповского, запоминая каждый звук. Вот только память меня немного подвела: первые минуты концерта я запомнил очень плохо. И теперь напрягал мозг, вспоминая волшебные звуки.
Едва выйдя на уже холодавшую улицу, Алинка поинтересовалась:
— Ну, как тебе?
— Неплохо.
— Неплохо? — изумилась сестренка: — И за все это время ты ни разу не пожаловался? — подколола девушка.
Понимая, что Алинка раскусила меня, я попытался перейти на другую тему и вообще ждал пощады:
— Я просто устал…
Как выяснилось позже, зря я это сказал: весь вечер до поздней полуночи мы гуляли по всему городу, от чего меня уже тошнило. Я не любил долго бродить по городу: эта суета, шум, запахи — все это не для меня. Но отказываться от компании Алины не хотелось, поэтому и терпел, даже не удосуживаясь ориентироваться как по звуку, так и по запаху, отдав руль Алине, которая с радостью этим воспользовалась и водила меня черт знает где и как.
