— Простить? За что мне тебя прощать? Ты ведь ничего такого, по сути, и не сделал. Все эти выборы — твои, и я не имею права их как-то осуждать. Разве что, знаешь… если я для тебя настолько ничего не значу, то мог бы и не привязывать меня к себе. Попользовался бы какое-то время, да и выбросил. Мне бы, конечно, было обидно, но не так, как было обидно всё это время. Я бы поплакала какое-то время, а потом прошло бы время и смерилась с тем, что таков уж мир — такое случается и с этим ничего не поделать. Так что мне просто немного не повезло. Но сейчас, когда ты так привязал меня к себе… когда дал столько надежд на радостное и счастливое, совместное будущее… я… я просто так больше не могу. У меня больше не хватает сил жить дальше такую жизнь. Удачи тебе, — договорила она, слегка печально улыбнувшись, начать поднимать правую руку.
— Что ты?.. — но не успел я договорить, как она, создав иглы напротив своего виска, запустила те себе в голову на огромной скорости.
Иглы одновременно вошли в её голову, разбрызгивая кровь и создав импульс, от которого её голова резко дёрнулась, отлетев в сторону. А уже в следующее мгновение её бездыханное тело с грохотом опало на пол.
В голове пустота.
Даже находясь в этом состоянии, эмоции всё равно не давали мыслить, затмевая всё собой. Так было ровно до того момента, пока я не присел на колени рядом с ней, смотря на её труп глазом, полностью заплывшим кровью.
— Нет. Этого не может быть. Здесь что-то не так. Всё это слишком странно и ненормально, — вернулось ко мне полное здравомыслие. — Это всё иллюзия. Точно. Нужно с ней как-то бороться и выбираться отсюда. Нужно спасти их.
Стоило же мне подняться на ноги и попытаться сделать шаг, как это подтвердилось — запнувшись обо что-то очень крупное и неожиданно оказавшееся у меня под ногами, я упал рядом с двумя трупами. И поначалу я даже не понял, кто это, а потом, как только увидел их лица, тут же их узнал, несмотря на то, что прежде ни разу за всю сознательную жизнь ни с кем из них не встречался…
Чувствуя нескончаемую боль, расходящуюся словно по всему телу, девушка с трудом открыла глаза.
Первое, что пред ней предстало — это потолок из брёвен.
Не понимая, где она находиться и медленно вспоминая, что с ней происходило в последнее время, она аккуратно повернула голову вправо, увидев стену из брёвен и далеко не самую чистую постель, в которой сейчас и лежит. Всё ещё с трудом осознавая происходящее и постоянно морщась от боли, она следом повернула голову в другую сторону, узрев уже кое-что более интересное, звуки чего слышала с самого пробуждения.
Печь.
Самая обычная каменная печь, которую, как ей казалось, в нынешнее время можно увидеть разве что в каком-нибудь музее в роли экспоната.
Но сейчас точно не такой случай: к этому моменту она уже более-менее отчётливо вспомнила последние дни, проведённые здесь, на отдалённом от цивилизации краю земли; а что ещё более важно — эта печь сейчас работала — в ней горели дрова, звуки от которых она и слышала, а перед ними стояла кастрюля, по видимому, из чугуна, либо какого-то другого жаропрочного материала.
И только сейчас, узрев эту печь, девушка заметила, что впервые за долгое время чувствует себя полностью отогревшейся. Если же ещё вместе с этим не было бы расходящаяся по всему телу боли, то, пожалуй, в таком случае она бы вообще впервые за долгое время почувствовала бы себя столь хорошо.
Однако, к сожалению, она была.
И теперь, сосредоточившись на ней, она ощутила все самые основные болезненные места — это правый бок, левое предплечье и обе ноги — правая в районе икры, а левая — в районе бедра. Помимо же этих ран хватало ещё множество чуть более мелких ран, которые, в совокупности, тоже доставляли неописуемые цензурными словами ощущения.
Но несмотря на это, девушке нужно было действовать — очевидно, что в этом месте, в этой избе, помимо неё был ещё кто-то — тот, кто положил её в постель и растопил печь, поставив перед ней готовиться еду. Поэтому, собравшись с силами, она опёрлась на руки с локтями и немного приподняла спину с головой, готовясь пересечься взглядами с этим человеком.
Вот только, как оказалось, вся её готовность была излишней, ведь, кроме неё самой, никого другого в этом месте не оказалось. На всякий случай, не веря своим глазам, она осмотрелась ещё раз — медленно проведя взглядом по каждой части избы. Тем не менее результат от этого никак не изменился.
Немного подумав, применив на себе свой Дар, усилив физическую мощь, и приготовившись призвать в любой момент проявление Дара, она негромко, аккуратно спросила:
— Здесь кто-то есть?.. — и не получив никакого ответа, даже в виде лишнего звука: — Ау-у?..
«Неужели отошёл куда-то?..» — пронеслось сразу у неё в голове. — «Что ж, если это действительно так, то лучшего шанса и не придумаешь…»
И подумав об этом, девушка наконец полноценно уселась, вследствие чего с неё опало одеяло, что до этого момента скрывало её обнажённую грудь, которая из-за недостатка пищи стала почти плоской, и… бинты, которыми было обмотано чуть ли не всё её тело.
