— Да, мы здесь останемся на какое-то время. Думаю, как минимум, где-то на полнедели — пока полностью восстановимся, по крайней мере физически, пока наберём силы, чтобы идти дальше, пока подготовимся к этому, сделав запасы провизии — может, на это уйдёт даже вся неделя. Да и раньше мы ведь торопились идти вперёд из-за нужды выбраться с севера куда-то в более тёплые края, где хотя бы природные условия не будут столь жёсткими, а теперь у нас с этим нет проблемы, — показательно обвила она глазами весь дом.
— А-а… мальчик?..
— А что с ним?
— Ну… он не п-против, что мы будем жить тут?.. Нас же очень много — п-пятеро, считай…
— Это он сподвиг Еву помочь нам и даже показал, как это сделать, так что не думаю, что он это сделал, чтобы потом выгонять нас. Но даже если он не захочет делить с нами этот кров, то… боюсь, у него не будет в этом плане выбора…
— Нам н-нужно это место, чтобы выжить, так что его ж-желание не учитываться?..
— К сожалению. Но и вредить ему как-то мы не собираемся — отплатим же едой и защитой.
— М-может… тогда возьмём его с собой?..
— Что?..
— Ну… я п-подумала, что если он до этого жил тут с кем-то, а эти люди умерли, и он остался совсем один, то… ему, наверное, т-теперь очень одиноко и с-с-страшно здесь…
— Ну да, возможно… я что-то об этом даже не подумала…
— Т-так что?
— Мы это не обсуждали, но, думаю, сегодня-завтра мы спросим мальчика об этом, и если он захочет, то возьмём его, конечно же, с нами. Будто мы сможем поступить иначе и бросить его здесь одного, против его его воли… Правда, не знаю, что мы будем тогда делать с ними двумя потом.
— В к-каком смысле?
— Ну, оставить их у других диких не выйдет — у неё слишком слабый Дар, — сказала она, смотря на девочку, — а у мальчика его вовсе нет, не говоря уже о том, что он немой — так что их вряд ли они их примут к себе, как не изгаляйся. И в Империю, к нам, их тоже не получиться доставить — они ведь дикие, их просто убьют сразу же, даже не став нас слушать. Ладно, сейчас размышлять над этим бессмысленно — подумаем потом, как все соберемся.
— М-мальчик… немой?..
— Угу… судя по всему, у него какие-то проблемы с речевым аппаратом — звуки произносить может, а вот что-то сказать даже не пытается, объясняя жестами, что не может этого сделать.
— К-какой ужас… А к-какой он в целом?..
— Как по мне, они с ней достаточно похожи — тихие и робкие, а говорят только тогда, когда явно к ним обращаешься. Разве что мальчик более… любопытный и активный, что ли. Хотя это, скорее, она слишком зажатая и пассивная… В целом, думаю, он обычный, нормальный одиннадцатилетний парень, просто который разговаривать может лишь языком жестов.
— Я-языком жестов? А он же з-знает его, так что мог бы п-поговорить с мальчиком…
— Нет. Это, к сожалению, не так работает. Мы уже думали, как наладить общение с мальчиком, и я тогда сильно удивилась, узнав, что он ещё и язык жестов откуда-то знает. Но вот, как оказалось, язык жестов далеко не один. Их множество. И тот, что он знает он — совсем не такой, каким пользуется мальчик. Причём, с его слов, в них даже схожести достаточно мало. И скажу больше — после этого мы попытались через неё наладить с ним контакт — они же оба из диких, и то, что он немой ничего не значит, ведь пускай говорить он и не может, но слушать и отвечать знаками — вполне. Вот только… что наш язык, что её язык… он одинаково не понимал.
— Их язык р-разный?..
— Скорее всего. Есть, конечно, вероятность, что произошёл так называемый «языковой сдвиг» — то есть, его родители к его рождению уже позабыли часть языка, из-за чего воспитывали они его, прививая ему новую версию языка, но это вряд ли — в таком случае он должен был хотя бы частично понимать её. А это не так. Так что почти наверняка это разные языки диких. Это же, кстати, подтверждается книгами.
— «К-книгами»?..
— Из того места. Достаточно большую часть оттуда они перенесли сюда — вон там они лежат, — указала Алиса на дверцу самодельного шкафа, стоящего в углу. — Как выяснилось, девочка не может их прочесть, в отличии от мальчика.
— Вот к-как?.. Так, значит, у диких даже несколько языков есть…
— Выходит, что так. Мы предположили, что, наверное, это от континента зависит.
— Понятно…
— А, кстати, Ева рассказала кое-что интересное о нём. Хотя я и не знаю, правда это на самом деле или лишь её выдумка.
— И ч-что же?..
— Он облапал её грудь, думая, что она спит.
— Ч-что⁈.
— Ага. С её слов, она ещё какое-то время после этого бездействовала, притворяясь спящей, чтобы понять, что это может означать и как ей лучше действовать в такой ситуация. А когда поняла, что это обычное проявление пубертатного периода…
— У-ударила его?..
— Нет. Она тогда ещё не знала, что он один. Поэтому сделала вид, словно она робкая девушка, на чью честь посягнули.
— Ну точно т-таракан… даже в такой ситуации впервую очередь заботилась о своей ж-жизни…
— А ты бы что сделала? Ну так, из чистого интереса.
— Р-руку бы ему сломала, не медля… А ты?..
