Я вышел на улицу и задумался: а хочу ли я этого на самом-то деле? И вообще, какая у меня цель? Стать сильным магом? Быть во главе семьи людей, которые мне ни разу за два года не написали?
А потом понял, что нет. Я всей душой хочу, чтобы все стало правильно. Не «хорошо», не «плохо», а именно правильно. Чтобы за мной не посылали убийц, чтобы отец был отомщен, чтобы род Васильевых не боялся за свои жизни.
Имение я, конечно, таким образом не восстановлю, да и любить мне не станут. Но это будет справедливо.
А потом я продолжу помогать душам.
Эти мысли ободрили меня, и я продолжил свой путь в сторону поместья Владимира Васильева. Впрочем, увидев небольшое кафе, я подумал, что неплохо бы и подкрепиться. Сердцем чую, что в гостях у дяди меня вряд ли встретят хлебом и солью.
Я сидел на уютном диванчике после обильного обеда и лениво рассматривал окружающих людей. Каждый из них был занят своим делом: болтал, ел, читал газету.
Кстати, о свежей прессе. В нашу Васильевку привозили подборку на неделю позже, так что сейчас у меня была возможность ознакомиться действительно с последними новостями.
Бегло пробежав глазами по первым полосам, я пролистал дальше. И каково же было мое удивление, когда я наткнулся на крохотную заметку про мага, говорящего с умершими.
Отставив чашку, я углубился в чтение. Автор больше задавал вопросы, чем рассказывал. Мол, существуют ли такая способность, как проверить, стоит ли слушать, что говорят. Вроде ничего неприятного, а осадок остался.
Меня это очень заинтересовало, и я решил обязательно выкроить время и заглянуть в редакцию газеты. Может быть, узнаю, откуда к ним попала эта информация.
На этом мой обед был закончен. Свернув газету и положив ее в рюкзак, я вышел из кафе и поймал первого же извозчика. Затем забрался в коляску и назвал адрес Васильева.
В ответ на меня очень внимательно посмотрели, будто прикидывая, достоин ли я появиться перед сиятельными глазами такого важного человека.
— Вези. Деньги есть, — жестко ответил я, чем моментально закрыл так и не начавшуюся беседу.
Свистнул хлыстик, и лошадь неторопливым шагом двинулась по улице.
Сначала я разглядывал дома и прохожих, но сытный обед и мерное покачивание мягко закутали меня сонным саваном, и я провалился в сон. Хорошо, что без сновидений и переходов на Изнанку.
Через сорок минут я проснулся оттого, что коляска остановилась.
— Прибыли! — угрюмо сказал извозчик, не веря в то, что у меня хватит денег оплатить его услуги.
По глазам я видел, что он уже смирился с тем, что работал забесплатно. Но когда я выдал ему оплату, прибавив к ней пару монет, лицо его разгладилось, и мужчина рассыпался в благодарностях.
— Еже ли что, спрашивайте Михайло Олеговича. Меня тут все знают. Мигом домчу, кудыть скажите. Я обычно в центре сижу, возле вокзалу. Вот телефон, — он протянул мне карточку с неровными цифрами. — Звоните и зовите меня.
— Спасибо. Обязательно.
Я спрыгнул на землю и огляделся. Богатый дом, ухоженный сад и высоченный кованый забор. Вот как должны жить аристократы. Только почетного караула не хватает.
Но едва я тронул черную калитку, как из-за кустов, как черт из табакерки, выскочил бравый мужчина.
— Нищим не подаем! — рявкнул он, загородив мне проход.
Я невольно посмотрел на себя: немного мятый, да, рукава испачканы, но на бездомного я совсем не тянул.
— Я по делу к его сиятельству графу Владимиру Семеновичу Васильеву.
— Запись на прием по письменному заявлению! — не меняя тона, сказал он.
— Так дело не пойдет, — резко ответил я. — Имя, фамилия, должность⁈
— Да кто ты такой, чтобы со мной так разговаривать, — разозлился охранник.
— Имя, фамилия, должность! — жестко повторил я. — Или зовите старшего.
Знаю я эту породу людей и как с ними говорить, тоже.
Мужчина слегка растерялся моему напору и обернулся, кивнув кому-то.
— Будет тебе сейчас старший, — с неприкрытым сарказмом обронил он. — Вышвырнут тебя на дорогу, только пыль столбом поднимется.
Вместо ответа я лишь тонко улыбнулся. Может быть, я и не глава рода, но все еще остаются племянником графа.
Пока я жил с отцом, я часто видел обоих братьев Виктора Семеновича. Отношения с ними были, можно сказать, почти приятельские. Владимир чаще обращал внимание на мое воспитание и учебу, а Валерий любил устраивать со мной тренировочные бои на шпагах.
Все дело было в небольшой разнице в возрасте. Младшему брату, на момент, когда провели мою инициацию, только стукнуло двадцать шесть, в то время как среднему было уже за тридцать.
Пока я размышлял, охранник продолжал смотреть на меня с чувством превосходства. Лишь через пять минут я услышал тяжелые шаги, и на аллее не появился Филипп Петрович, бессменный начальник по безопасности семьи Васильевых.
— Олег? Что случилось? — деловито спросил он у своего подчиненного, а потом повернулся и посмотрел на меня. — Виктор Викторович? — опешил он. — Вот уж не ожидал вас тут увидеть! Какими судьбами?
— Здравствуйте, — я кивнул ему. — Дела отца не дают мне отсиживаться в деревне. Пропустите?
— Конечно, проходите. Сейчас скажу Андреяну, чтобы организовал встречу с графом в лучшем виде.