— Чистку? — встрепенулся отец. — Что-то такое было. Обычно таким занимается прислуга. Одно время мы сталкивались с тем, что не все возвращалось. Да, точно. Но это все неизменно находил Филипп. У него свои методы работы. А вот как-то был случай, не уверен, что это связано с браслетом, но Ирина Александровна вела себя просто невыносимо где-то неделю. Мы даже вызывали семейного доктора. Тот разводил руками и говорил про сильное потрясение.
— И когда это было? — я даже шагнул ближе к нему.
— Через три дня после того, как отец составил завещание. Он разделил имущество неравными долями. И поставил нас троих перед фактом, что я получаю практически все, Владимир должна достаться какая-то земля на границе империи, а Валерию — денежное содержание. Его тогда целиком обеспечивала армия, а там не так густо с деньгами.
— И как это принял Владимир?
— Страшно разозлился, но потом очень быстро успокоился. Он после этого начал активно работать и достиг немалых вершин. Отец с самого начала видел в нем потенциал, других причин для такого странного завещания у него не было.
Простое ли это совпадение? Или средний брат решил выкрасть украшение безумной родственницы, чтобы поправить финансовое положение?
Когда я спросил Виктора Семеновича, мог ли его брат украсть браслет прабабки, отец аж посинел от злости. Пять минут мы со Светломирой слушали его возмущенное шипение на тему чести, достоинства семьи и ее ценностей.
Магия волнами расползалась по Изнанке, простреливая иглами по нервам и не давая нормально дышать. Остальные призраки на всякий случай отползли подальше, чтобы не попасть под очередную вспышку.
Мы со Светломирой не мешали графу выплескивать эмоции, а тихо переговаривались, обсуждая кражу браслета. И за разговором совсем пропустили появления Греты.
— Что это вы тут творите⁈ — крикнула она, спрыгнув с валуна. — Вы мне так все души распугаете!
Ее волосы выбились из-под капюшона и теперь развевались, закрыв маленькую фигурку плотным коконом.
Отец от удивления даже застыл, а через мгновение начал бледнеть, возвращаясь к прежнему полупрозрачному состоянию.
— Я не поняла, что вы тут устроили?
— Гретточка, милая, прости нас, — выплыла из-за моей спины Светломира. — Новости неприятные сын принес, вот отец и расстроился.
— Это он так расстроился? — скривилось Грета. — Меня аж там подбросило. Бросила все дела и примчалась.
Как бы она ни пыталась выглядеть грозной, я ощутил в ее словах нотку уважения к силе отца.
— Хотя бы место выбрали бы… бездушное! — забавный каламбур на «безлюдное», у нее получился, я даже улыбнулся.
— Отец, и все же, — я посмотрел на него. — Мог он украсть браслет или нет? Может, кроме помутнения разума Ирина Александровны, что-то еще было?
— Ничего не было, — он опять вернулся к своей манере мало говорить.
— А ты все-таки подумай. Что-то несущественное, к примеру, спать стал плохо, дела резко в гору пошли.
— Виктор, ты спрашиваешь про два года моей жизни. Два! — его силуэт снова стал наливаться синевой.
— Ты должен вспомнить, — зло отчеканив каждое слово, сказал я.
— Я вспоминаю, — выдохнул отец и начал рассказывать. — Это было сложное время, не до браслетов и краж было. Фабрики работали в убыток, проверки постоянно находили недочеты. Мы с Анечкой никак не могли зачать ребенка.
Он повернул голову к Светломире и опустил глаза, но она взяла его за руку и улыбнулась.
— Все шло кувырком. Валерий уехал, а он всегда умел находить нужные слова, чтобы поддержать меня. Этим он в матушку пошел. Володя же стал отстраненным, злым. Ты тоже не давал свободно выдохнуть: шалил и хулиганил.
На этом месте я усмехнулся, да, его правда, в то время я был невыносимым подростком. Меня особо не пускали никуда, а сидеть в четырех стенах, даже таких роскошных, мне было ужасно скучно.
— Когда ко мне пришел Филипп и сказал про кражи, я сначала думал, что это твоих рук дело. Нервы ты умел мотать знатно. Но в итоге смогли найти слуг, нечистых на руку. Странно, что все они решили в одно время воспользоваться своим положением. Помню, как я смотрел на них и никак этого понять не мог. Ладно бы я не платил или плохо с ними обращался. Нет. Даже, наоборот, делал дополнительные выплаты на праздники, да и подарки направлял на рождения детей и свадьбы. А в итоге вот чем они мне отплатили. Анечка мне даже предлагала позвать какую-то магичку, проверить, нет ли на доме проклятия. Но я тогда отмахнулся от нее.
Такого я не припомню. Да, был период, когда все ходили напряженные, чаще вспыхивали скандалы, но мне, ребенку, до такого не было дела.
— А потом все закончилось, — добавил отец, окончательно выцвев.
— Не связано ли это тоже с каким-то событием? Новые люди или, наоборот, кто-то уехал?
— Если только Володя, но я не могу сказать, что он вышел за порог и все стало резко благополучно. Мы еще долго разбирались в ситуации и возвращали украденное.
— Чем больше я слушаю, тем сильнее мне кажется, что причиной всему стал именно ваш брат. Иначе это слишком странные совпадения.
— Но при чем тут Владимир и кражи? — удивилась Светломира.