— Мне нужно передать вам его слова. Вы готовы?
Два легких кивка и большие глаза, наполненные слезами — это то, что я увидел вместо ответа.
— Он говорит, что все слова родителей — это ложь.
У Риты задрожали губы, и она спрятала лицо на плече сестры.
— Я все равно не верю вам, — упрямо поджала губы Рина.
— Герман сейчас рядом и слышит вас. Вы тоже можете что-то ему сказать, — проигнорировав ее фразу, сказал я.
И самое удивительное, что она подняла глаза и посмотрела прямо на то место, где висел Герман.
«Она меня видит⁈»
— Он не врет нам, — Маргарита посмотрела на меня, а потом на сестру. — Он сразу нас различил, а это мог сделать только Гера, — она перевела на меня взгляд. — У нас такая способность — видеть правду. Простите, просто мы очень не хотим вам верить.
— Понимаю. Мне жаль, что вынужден сообщать вам плохие новости. Но могу сделать и еще кое-что. Вы хотите увидеть брата, прежде чем он уйдет?
В их глазах мелькнул испуг, а потом они обе сжали кулачки и снова кивнули.
Я поднялся и подошел к Герману.
«Готовы?»
«Да! Как никогда!»
«Я помогу», — услышал я Вениамина.
Вокруг Германа поднялся черный туман, а я взял призрак брата за руку. Постепенно полупрозрачная кожа стала наливаться цветом и словно из ниоткуда проступила ладонь, пальцы, а потом уже и весь Герман целиком.
Сестры одновременно выдохнули и застыли двумя статуями.
— Риточка, Риночка! Простите меня, пожалуйста! Я не смог вас найти, не послал весточку. И… умер!
— Гера! Братец! — они вскочили и подбежали к нам. — Ты нас прости! Мы ни на секунду не забывали про тебя!
— Мне пора идти дальше, не вешайте нос. И простите еще раз.
— Да сколько же можно извиняться, Гер! — заливаясь слезами и улыбаясь одновременно ругали его сестры. — Мы очень рады тебя увидеть! Очень!
— И я рад.
Он обнял их, и я заметил, что и у него щеки мокрые. На какое-то мгновение мне стало неловко стоять рядом с ними, и я отвернулся.
— Виктор, и вам спасибо, — сказал Герман. — И прощайте.
Вокруг него появилось легкое сияние, оно пульсировало и увеличивалось в размерах, пока целиком не поглотило Германа.
Через минуту все закончилось.
— Спасибо, — тихо прошелестело у меня в голове.
Я все стоял и ждал, когда придет боль. Но она запаздывала.
Сестры смотрели на меня, заламывая руки, и я скороговоркой попрощался, понимая, что им сейчас не до меня.
И только когда вышел из их дома понял, что именно я провернул! Переместился через Изнанку на другой край города!
Вениамин в тени роскошного крыльца тихо посмеивался.
«Это как так-то?» — спросил я у него, разглядывая дом и пытаясь найти хоть название улицы.
«Сила твоя растет.»
«Это прекрасно, но как мне домой добраться, у меня с собой и денег-то нет!»
«Сделай еще раз такой переход, делов-то,» — даже не видя его, я понял, что он пожал плечами.
И только он закончил говорить, пришла боль.
Темнота обрушилась на меня и закрутила в водовороте черных вихрей. Верх поменялся с низом, я перестал чувствовать тело, а мысли пропали из головы.
«Тише, тише.» — шептала, казалось бы, сама Изнанка.
Ее убаюкивающий голос стал для меня якорем, который помогал оставаться в сознании.
Передо мной мелькали сотни лиц, городов, стран — все перемешалось, сливаясь и распадаясь на отдельные фрагменты. Голову разрывали чужие фразы, душу рвало на части, а сердце больно билось о ребра.
А потом все закончилось.
Я с трудом открыл глаза и без единого шороха в голове смотрел на низкое графитовое небо. Мне понадобилась целая минута, чтобы понять, что я лежу на Изнанке.
Как я здесь очутился?
Тишина.
Приподнявшись на локте, я заметил вдалеке сидящую на валуне Грету. И только сейчас подумал, что этот здоровенный булыжник всегда появлялся там же, где и она.
Дальше развивать мысль не было сил.
Заметив, что я пришел в себя, беловолосая подошла ко мне и присела рядом.
— Ты как? — тихо спросила она, погладив меня по щеке. — Устал?
— Очень, — выдохнул я.
— Как же тебя так угораздило?
— Отпустил душу.
Слова давались нелегко, они царапали глотку и оседали на языке вкусом пепла.
— Я скучала.
Я поднял голову и увидел ее печальные глаза.
— Что случилось? — с тревогой спросил я.
— Теперь все хорошо, Вик. Просто тебя не было несколько лет.
— Что⁈ — я вскочил и тут же осел от сильного головокружения. — Как это несколько лет⁈
Вместо ответа Грета заливисто рассмеялась.
— Сколько лет прошло, а все равно всегда эта шутка остается очень смешной.
В голову тут же ударила набатом злость. Дыхание перехватило, и даже мысли быстро собрались в стройные ряды.
— Шутки шутить решила? — грозно сказал я.
— Конечно. А то, чего ты валяешься без признаков жизни на земле. Теперь вот, уже готов метать молнии в меня. Эта фраза давно меня выручает.
Я схватился за голову и, наконец, поднялся, встав рядом с ней. Злость быстро выветрилась, оставив после себя пустоту.
— Кого ты отпустил, что тебя аж на Изнанку забросило?
— Сам не понял. Вроде в парне совсем не было магии, — пожал я плечами. — Он сказал, что поделиться со мной лишь частью силы. Даже представить страшно, какого это получить ее всю.
— Вечно тебе везет на какие-то особенные души, — сказала Грета и отвернулась.