Два актера на одну роль полностью

С. 491. «Nada у nadie»— Вероятно, имеется в виду офорт Гойи из цикла «Бедствия войны» (1820) под названием «Nada. Ello dir'a», изображающий полузахороненный труп в подземелье.

С. 492. …иметь, подобно Лукреции, собственных княгинь Негрони… — Реминисценция из пятого акта драмы Гюго «Лукреция Борджиа» (1833).

С. 493. …духи Руджери, которыми благоухали перчатки Жанны д'Альбре… — Внезапная смерть королевы Наваррской, матери будущего французского короля Генриха IV Жанны д'Альбре (1528–1572), породила слухи об ее убийстве. Вдохновительницей преступления называли вдовствующую королеву Франции Екатерину Медичи, а исполнителем — ее придворного астролога Козимо Руджери (ум. 1615), который якобы пропитал ядом перчатки Жанны д'Альбре.

Aqua tofana— знаменитый яд, применявшийся в Италии в XVI–XVII вв.; назван по имени его изготовительницы — некоей Тофаны.

…я уподобился Митридату, царю Понтийскому… — Митридат Евпатор, царь Понта II–I вв. до н. э., согласно легенде, приучил себя к действию ядов, принимая их маленькими дозами, чтобы таким образом обезопасить себя от покушений.

С. 494. Лоренцаччо— Лоренцино Медичи (1514–1548), флорентийский политический деятель и поэт, герой драмы А. де Мюссе «Лоренцаччо» (1834).

РисториАделаида (1822–1906) — итальянская трагическая актриса, исполнительница роли Федры в трагедии Расина.

Арикия— в расиновской «Федре» возлюбленная Ипполита, любовь к которой уберегает его от чар Федры.

С. 496. …рисунки символических ягненка и рыбы. — У ранних христиан эти знаки были символами Иисуса Христа.

Витрувий— римский архитектор и инженер I в. до н. э., автор трактата «Десять книг об архитектуре».

С. 497. …графический кошмар Пиранези… — О Пиранези см. коммент. к с. 262. «Дафна де Монбриан» в первой публикации имела подзаголовок «Офорт в манере Пиранези».

С. 498. Римская кампанья— название окрестностей Рима (не путать с Кампаньей — областью на юге Италии).

С. Зенкин

notes

Примечания

1

Ничего исключительного в этом не было, ведь в XIX веке в театр ходили смотреть не только на актеров, но и на публику; во время спектакля в зале не гасили свет, и любимым занятием завсегдатаев было разглядывать, «лорнировать» знакомых и незнакомых людей среди зрителей — прежде всего, разумеется, знатных особ и красивых женщин.

2

При этом собственные его опыты в драматургии были и малочисленны, и в общем малоудачны. Единственный из них, который обрел долгую сценическую жизнь, — либретто знаменитого балета Адольфа Адана «Жизель» (1841).

3

James Н. French poets and novelists. London, 1904, p. 55.

4

Гонкур Э. де, Гонкур Ж. де.Дневник. Записки о литературной жизни. Т.1. М., 1964. С.125.

5

«Эта и та»: «Вдруг Родольф наткнулся на какой-то предмет… подняв глаза, он остолбенел от удивления — перед ним был друг его, Альбер»; «Золотое руно»: «Погруженный в размышления, он шел, опустив голову, когда вдруг наткнулся на какой-то твердый предмет, который отскочил от него, крепко выругавшись. Предмет этот оказался приятелем Тибурция, художником…»

6

Гонкур Э. де, Гонкур Ж. де.Дневник. Т.1. С.446.

7

Эти двое «наставников порока», в прошлом любовники, а ныне просто сообщники по темным делам, явственно напоминают аналогичную пару злодеев в знаменитом романе антивоспитания XVIII века — «Опасных связях» Шодерло де Лакло.

8

Перевод Б. Дубина.

9

Jobard — простофиля (фр.).

10

Пей! (нем.)

11

Надо: Nonumque prematur in annum (лат.)— «Держи под спудом до девятого года» — цитата из Горация «Послание к Пизонам, или Наука поэзии».

12

Невежественная чернь (лат.).

13

В. Шекспир, акт III, сцена 2.

14

Прощай (исп.).

15

Ужас, ужас, ужас! (англ.).

16

О, величие! (лат.)

17

Для детей (буквально: для Дофина) (лат.).

18

Кумир моего сердца (ит.)

19

Без разбора (лат.).

20

Долгий знак от зубов (лат.). — Гораций, Оды, кн. 1, ода 13.

21

Се человек (лат.).

22

О, трижды, четырежды! [счастлив] (лат.).

23

На месте преступления (лат.).

24

Через две-три тысячи лет комментаторы, несомненно, станут в тупик, читая это место, и напрасно будут биться, стараясь его растолковать. Избавим их от труда. В те времена только что появился роман г-на Поль де Кока под названием «Рогоносец», вызвавший невероятный шум. Огромная реклама нагло выпячивалась на всех перекрестках и за стеклами всех читален. Все это произвело великое волнение среди читающей публики. Стыдливые уста кухарки отказывались произнести ужасное слово.