— Вот здесь! — внезапно выкрикивает Дафния. Изабель выхватывает глазами из темноты витрины магазинчика, уставленные какими-то манекенами. Она тормозит, и Дафния почти на ходу выпрыгивает из машины и бежит вперёд, в конец улицы, где виднеется что-то, похожее на аллею.
Изабель засовывает свою сумочку под сиденье и тоже выбирается из машины. Оглядывается по сторонам. Пустынная улица утопает в темноте, лишь изредка её прорезает неяркий свет уличных фонарей. Да, далеко не самая презентабельная часть города. И уж точно не то место, где следует совершать вечерние променады с наступлением темноты. Она медленно бредёт по направлению к аллее. Асфальт под ногами весь в колдобинах и ямах.
— Дафния! Ты где? — окликает она дочь, вглядываясь в кромешную тьму.
— Я здесь! — слышится в ответ.
Оказывается, совсем рядом. Изабель осторожно приподнимает полы пальто, цепляясь краем юбки за какую-то груду кирпичей. Куда они идут? Что намереваются отыскать среди всех этих куч строительного мусора?
— Там была собака.
Неожиданная реплика Дафнии опять заставляет её вздрогнуть.
— Ты
— Я здесь!
Изабель сворачивает за угол и видит, что аллея превратилась в улочку, параллельную той, на которой они оставили свою машину. Дафния поджидает её прямо за углом.
— Здесь была собака, — снова повторяет Дафния. — Мо видела Уну утром. Она направлялась в один из этих домов. Говорит, была как раз на середине пути.
Изабель пристально вглядывается в темноту. С десяток небольших домиков почти прилепились друг к другу. Задние дворы, насколько это можно судить по расплывчатым очертаниям построек, выходят на дальний конец пустыря. В некоторых домах ещё горит свет.
Тихо. Никакого собачьего лая. Пёс, если он и есть где-то, предпочитает никак пока не обозначать своё присутствие. Женщины медленно бредут в темноте, старательно глядя себе под ноги, чтобы не споткнуться и не упасть.
— Может, постучать в какой-нибудь из домов? — предлагает Дафния, но голос её звучит не очень уверенно. В самом деле! Постучат, а что скажут, когда им ответят на стук? Что ищут молоденькую девушку семнадцати лет, которая, вполне возможно, была здесь утром? Не очень убедительный аргумент для того, чтобы ломиться в дверь чужого дома в такой поздний час.
Но вот где-то впереди залаяла собака. Изабель инстинктивно подалась вперёд, чтобы ухватиться за руку Дафнии.
— Дай мне…
Но Дафнии уже и след простыл — она опрометью бросилась на лай. Изабель нехотя поспешила следом.
— Уна?! — почти кричит в трубку Дафния. — Ты где? Повтори ещё раз! Где-где? — Секундная пауза. — Сейчас мы приедем за тобой!
— Где она? — спрашивает Изабель, но Дафния уже поворачивается и бежит назад.
— В магазине Финна! — выкрикивает она на ходу, скрываясь в темноте и не обращая никакого внимания на громкий заливистый лай собаки, которым оглашаются окрестности.
Уна сидит в темноте прямо на полу, прижимаясь щекой к велосипеду отца и упираясь спиной в холодную стену. Она сидит, обхватив руками сбитые до крови ноги, голова покоится на коленях.
В ногах страшная ноющая боль. Трудно дышать. Каждый вдох и выдох тоже сопровождается резкой болью в груди. Она устала… она смертельно устала! Хочется спать, но она боится заснуть. Боится, что ночь обернётся очередной порцией кошмаров. К тому же она замёрзла. В неотапливаемом помещении магазина стоит зверский холод, и её уже буквально трясёт от холода.
Шалью Джуди она кое-как замотала свои израненные ноги. Она еще даже не удосужилась осмотреть их как следует. Наверняка они все в синяках и ссадинах. Надо была попросить Дафнию прихватить с собой хоть какие-то носки или чулки, но Уна забыла сказать ей об этом.
Как вспомнит, как она добиралась сюда! Бегом, всю дорогу бегом, петляя по незнакомым улицам, вжимаясь в двери подъездов или прячась за мусорными бачками, едва завидев вдалеке свет фар приближающейся машины. Бежала, подгоняемая почти животным страхом… А вдруг он всё же бросился за ней в погоню?
