Два дня в апреле полностью

После кладбища она снова спешит обратно в центр города — впереди ленч с Джоанной, — останавливается на красный свет на очередной «зебре» и с умилением разглядывает нестройную колонну ребятишек, одетых в синие костюмчики. Дети, взявшись за руки, попарно переходят улицу. Наверное, первоклашки или чуть постарше. Но не более шести лет.

Кто-то подпрыгивает, кто-то крутит головой во все стороны, ленты в косах трепещут на ветру, мальчишеские головы взъерошены. Столько всего вокруг интересного, успевай только подмечать! Вот, один из двух взрослых, сопровождающих ребятню, начинает что-то строго выговаривать двум мальчишкам, которые вдруг застыли прямо посреди перехода, разглядывая что-то архиинтересное, что они обнаружили у себя под ногами. Мальчишка, идущий следом, не рассчитал дистанцию и врезался в них сзади. Наверное, больно ударился. Что ж, без таких неожиданных столкновений, незапланированных падений и прочих мелких неприятностей немыслимо никакое детство. Ах, детство, детство! Пора невинности и чистоты, когда мир вокруг тебя полон неизведанных чудес и радостей.

Тридцать семь! Сегодня ей исполняется всего лишь тридцать семь лет. Еще есть время, ещё есть…

Кукушка дважды высовывает свою головку из часов, оповещая о том, что уже пора. Изабель снимает с входной двери табличку «Закрыто» и вешает другую — «Открыто», после чего отодвигает засов. Напрасно она всё же за ленчем соблазнилась на салат из зелёного лука. Ей нравится та пикантная острота, которую придаёт весенняя зелень традиционному салату из помидоров и огурцов. Но вот дышать на покупателей запахом лука — это уж последнее дело! К счастью, в сумочке она обнаруживает несколько мятных подушечек.

Какое-то время Изабель стоит на крыльце, наблюдая за нестройной колонной деток, явно учащихся начальных классов, которые переходят улицу под строгим наблюдением двух взрослых наставников. Она провожает взглядом эту шумную ватагу, человек двадцать, если не больше, которая устремляется вниз по улице, минуя химчистку, аптеку, книжный магазин, новый многоквартирный жилой дом, и следит за ними до тех пор, пока они не исчезают из виду.

Она вдруг вспомнила, какой была Дафния приблизительно в этом возрасте. Дочь пошла в школу спустя несколько месяцев после того, как ей исполнилось четыре года. Смешная такая… Синее форменное платьице в комплекте с передником закрывало худенькие коленки, школьный ранец казался непомерно тяжёлым для её хрупких плеч и чрезмерно большим тоже, что выяснялось всякий раз, когда ей продевали ручки в лямки ранца, а потом пристёгивали застёжки на спине.

Изабель вспомнила, как дочка что есть силы вцепилась в её руку, когда они вместе впервые переступили порог класса. Поскольку Джек, как всегда, был занят на своих курсах по вождению, а у неё самой смена в отеле начиналась только в четыре часа дня, то именно ей и выпала честь сопровождать дочь в первый раз в первый класс[4].

Помнится, Дафния взглянула на мать глазами, полными слёз, и спросила: «А мне надо обязательно сюда ходить?» И Изабель, чувствуя себя в тот момент настоящим монстром, ответила, что да, надо, обязательно, и что со временем, когда она познакомится с другими детками, ей здесь будет очень хорошо и весело. Ты только посмотри, сказала она маленькой Дафнии, как весело играют дети. Неужели тебе не хочется присоединиться к ним?

Девочка твёрдо ответила, что нет, ей не хочется, и потребовала, чтобы мама зашла вместе с ней и в классную комнату. «Ты тоже иди со мной!» — сказала она, и Изабель пришлось повиноваться. И лишь где-то минут через десять, когда Дафнию увлекли в примерочную, предложив ей попробовать разные маскарадные костюмы, она смогла беспрепятственно улизнуть из класса. С тех пор так и повелось. Они с Джеком по очереди завозили её в школу и забирали после уроков.

Ну а когда Дафнии исполнилось шесть, то эта обязанность уже всецело легла на плечи Джека.

Она отыскивает в сумочке начатый пакетик с мятными подушечками. Мо обожала эти подушечки. Невозможно было оставить без присмотра упаковку, она мгновенно исчезала. Да, сейчас без Мо здесь тихо по пятницам. Обычно она всегда приходила в магазин во второй половине дня и занималась своей бухгалтерией в подсобке. А покончив с бумагами, являлась в торговый зал и висла там ещё около часа.