— Если бы она утонула, у вас было бы гораздо больше проблем!
— Зато над нами не потешалась бы вся Цитадель и половина Зелёного Дома в придачу!
Ромига смерил товарищей весёлым взглядом:
— А почему только половина Зелёного Дома? А понял! Остальные робкие, при вас не смеются. Ух, какой анекдот я недавно слышал!
Зворга запустил в Ромигу сосновой шишкой, тот со смехом увернулся:
— Приехал чел, американец, на охоту в Россию...
С другого боку, от Анги, шишки полетели очередью. Ромига пригнулся, уходя от "снарядов", одновременно сгрёб с земли пригоршню таких же. Стал "отстреливаться", перебегая между деревьями и продолжая рассказ:
— Идёт он с ружьём по лесу, смотрит: стоят двое каких-то длинных, чернявых над только что убитым медведем.
Анга со Зворгой чётко, слаженно заходили с двух сторон, выгоняя Ромигу на открытое пространство, к кромке болота.
— Чел спрашивает: "Гризли?"
Шишка, пущенная меткой рукой Анги, прилетела рассказчику точно в лоб, но не помешала закончить повествование:
— "Нет, руками задушили!"
Ещё несколько удачных перебежек, однако прорваться вглубь островка Ромиге не удавалось. Кажется, дело шло к купанию. Выскочил на берег сам, поднял руки:
— Сдаюсь! Не стреляйте! Нихт шиссен!
Град шишек в ответ, ни одной мимо. Ромига вскрикнул, изобразил на лице страдальческую гримасу, картинно осел наземь. Валялся тряпкой, пока Анга пинал его в бок. "Мог бы полегче, зараза!" Потом "убитого" вдвоём подхватили за руки, за ноги, раскачали и зашвырнули в болото. От души, ярдов на двадцать, если б долетел. Но с верхней точки траектории Ромига порталом убрался на твёрдую землю: подальше от топи, поближе к кострищу и съестному.
Постоял, улыбаясь. Распустил застёжку комбинезона. Зачерпнул горстями снег, обтёр разгорячённое лицо, шею, грудь. Щекотные капли побежали по коже вниз. Рассмеялся: "Хорошо!" Чистейший воздух. Тишина. Звон комаров, которые, как положено, на нава больше не садились. Крики птиц над болотными просторами. Ромига на удивление сильно и сразу проникся к месту будущих поисков. Предчувствовал трудный, интересный, плодотворный сезон. "Но в воду швырять я себя больше не позволю. А то ишь, завели дурную привычку! На Белых Дамах натренировались!"
Достал из сумки таганок, посуду, продукты. Подпалил собранный хворост. Минут через пятнадцать на запах еды подтянулись товарищи. Анга по-хозяйски обнимал Зворгу за плечи, лица у обоих были счастливые и шалые. Ромига сам чувствовал себя навеселе, хотя к спиртному ещё никто не притронулся. Всё впереди...
