Как бы ни было велико моё желание поскорее покинуть город, но кое-что меня тут держало. В первую очередь тот самый доктор. Судя по ряду признаков, он оказался иммунным. Новичок, которого нельзя гнобить по местным правилам. Как минимум мне нужно его развязать и кратко описать всю глубину задницы, в которую того зашвырнула злодейка судьба.
— Живой док? Не сожрали тебя ещё? — сказал я, присев на корточки рядом со связанным телом. Было видно, что за время моего отсутствия он пытался развязаться. Но не преуспел, узлы я затянул на совесть, а сил у мужчины оставалось не так чтобы много.
— В каком смысле? Что вы этим хотите сказать? — зло и одновременно устало посмотрел он мне в глаза.
— Да то и говорю. Так, сейчас я тебя освобожу, но предупреждаю — без глупостей, — я достал нож, тот самый, который у него же и экспроприировал. — После этого кое-что расскажу. И уже потом можете делать, что угодно. Разумеется, не со мной, хе-хе.
При виде клинка в моей руке доктор напрягся. А когда я поднёс острие к нему, то инстинктивно попытался отодвинуться.
— Да не дёргайся же ты. Сказал же, что просто освобожу. Ты эти узлы так затянул, пока меня не было, что их проще разрезать, — сначала я рассёк путы у него на руках. После чего поднялся на ноги и кинул нож на пол возле собеседника. — Дальше сам, док. И поторопись. У нас времени совсем мало.
— Что должно случиться? — он осторожно взял оружие, посмотрел на меня и взялся за собственное освобождение.
— Прошло очень много времени, а в городе тихо. Это точно не к добру. Чувствую, что уже скоро у нас появятся гости.
— Кто?
Тут до меня дошло, что я разговариваю, как какой-то клишированный второстепенный герой из недорого фильма. Тот самый, который вместо нормальных объяснений и внятных инструкций только тумана наводит, а потом умирает от пули снайпера в начале важной фразы.
— Чудовища. Этот город оказался в ином измерении, если вам это слово что-то говорит. Думаю, что говорит. Вы же интеллигентный и начитанный человек. Какая-то
К этому моменту мужчина освободился.
— Звучит слишком невероятно, чтобы в это поверить, — сказал он, крепко сжав нож в ладони и продолжая сидеть на полу.
— Вы нож уберите в сапог и поднимайтесь, — я поманил его ладонью к себе. — Сейчас лечиться буду. Заодно проведу первый урок по созданию лекарства, без которого в этом Аду никто не может выжить. У вас виски или спирт есть?
После моего вопроса он с сильнейшим удивлением воззрился на меня и переспросил:
— Виски?
— Да-да, виски или спирт. Любой крепкий алкоголь сгодится, — повторил я. — Вам ли не знать, что спирт является основой для многих лекарственных средств. От настоек до припарок.
— Да, у меня спрятана бутылочка неплохого бренди. Пойдёмте.
Доктор поднялся на ноги, чуть наклонился, чтобы сунуть нож на старое место за голенище и шагнул ко мне. Я отступил к стене, пропуская его. После чего пристроился за ним следом.
Поднялись на второй этаж. Там он остановился возле одной из дверей, достал из кармана штанов ключ, вставил в замочную скважину и дважды провернул. За дверью оказался просторный кабинет с небольшим узким столом, тремя шкафами, заставленными книгами, папками с бумагами и всяческими стеклянными колбами и бутылочками.
— Присаживайтесь, — он махнул рукой в сторону кушетки, набитой войлоком. Сам же открыл один из шкафов, сдвинул в сторону пару книг, сунул руку в щель между ними и вытащил плоскую бутылочку с тёмно-янтарным содержимым. Её он протянул мне. — Держите.
— Благодарю. Садитесь и внимательно смотрите за тем, что я буду делать.
— Я постою…
— Сядь, док. На тебе лица нет. По себе знаю, что такое споровое голодание.
— Как вы сказали? Споровое голодание? Это как-то связанно с грибами? Или каким-то растением? — тут же заинтересовался он моей фразой.