— Соль и вода, — ответила я вместо Ругара. — Вокруг нас соль и текущая вода, Винс. Она ограничивает магию, практически блокирует ее силу. — И уже тише добавила: — Чего-то мне не сильно хочется встречаться с изгоем, ради которого создано… такое.
— Да, жутковато, — так же тихо согласился Винс. — Но нам нужна эта встреча. К сожалению.
Я хмуро посмотрела на очередной светокристалл, вмурованный в стену. Он горел тускло и то и дело мерцал, словно его магическому наполнению, пусть и весьма примитивному, с трудом удавалось работать в созданных Ругаром условиях.
А потом исчезли и светокристаллы.
Ругар снял со стойки несколько факелов и сунул по одному нам в руки. Малыш взял сразу два. Молча запалив их, он прогудел:
— Осталось чуть-чуть. Почти пришли.
Так и оказалось. Мы остановились перед большой каменной глыбой. Малыш отошел в сторону и взялся за не замеченный мной ранее железный штурвал. Зашипев от усилия, он начал вращать его. Загремели невидимые цепи, раздался скрежет и каменный хруст. Тяжеленный валун перед нами вздрогнул и отъехал в сторону по специальным рельсам.
В открывшемся проходе царила непроглядная тьма.
— У меня гости? Ругар, ты что, привел кого-то? — раздался из темноты голос, от которого у меня по спине побежали мурашки. — Оставьте факелы снаружи, господа. Здесь достаточно света. Надо только привыкнуть.
— Ну уж нет, — едва слышно сказал Винс. — Я тут и с факелом чувствую себя скверно.
— Мои гости не привыкли к такому, — громко произнес Ругар. — Так что тебе придется потерпеть, Нарохад.
В темноте раздалось недовольное ворчание и шаркающие шаги.
— Будь по-вашему. Заходите.
Первым вошел Малыш, низко пригнувшись. За ним последовал Ругар, а потом и мы оказались в помещении, выложенном из грубого камня. Обитель мага, судя по всему, была просторной: по крайней мере стены ее терялись в сумраке. Тусклый, неровный свет факелов выхватывал только часть устланного шкурами пола и большой стол-верстак, уставленный разного рода магическими приборами.
А затем из темноты к нам навстречу вышла закутанная в черный балахон фигура, и я отступила на шаг, врезавшись спиной в Винса и ухватившись за его руку.
Несмотря на то что из-за низко надвинутого капюшона я не видела лица изгоя, а длинные, широкие рукава скрывали его руки, превращая мага в бесформенную фигуру, двигалась эта фигура… неестественно. Каждое движение ее выглядело каким-то неправильным, изломанным. Словно там, под темным балахоном, был не человек вовсе, а какое-то гигантское насекомое.
— Прошу простить, для меня ваш огонь слишком ярок, — произнесла фигура. — Ваши факелы обжигают мои глаза даже через плотную ткань. Так что, с вашего позволения… — с этими словами изгой поднял обе руки и поднес их к лицу.
Я успела разглядеть бледные, узловатые кисти, а потом раздался чавкающий влажный звук — и в пальцах мага оказались глаза! Самые настоящие!
Едва сдерживая позыв тошноты, я наблюдала, как изгой подошел к столу и аккуратно опустил собственные глаза в большую стеклянную емкость, наполненную чем-то мутным. Там глаза, проявив самостоятельность, покрутились, словно устраиваясь поудобнее, а потом как по неслышимой команде одновременно замерли и развернулись в нашу сторону.
Винс глухо выругался.
— Вот не надоедает тебе каждый раз такое проделывать? — мрачно спросил Ругар. — Ведь противно же выглядит.
— А какие еще тут могут быть развлечения? — парировал изгой и тут же подался вперед. — Ты принес?
В голосе его послышалось нетерпение столь страстное, что я испугалась еще больше.
— Принес, — ответил Ругар и посмотрел на Малыша. — Достань.
Тот вытащил из-за пазухи небольшой мешочек и протянул изгою.
Рваным рывком изгой буквально выдернул мешочек из рук Малыша и, вскрыв, вытащил знакомого вида кристалл. Зенд!
— Если Айронд еще раз попробует принять зенд, я лично сдам его страже, — хрипло прошептал Винс. — Не приведи боги, чтобы он превратился в такое… такое.
— Он больше к нему никогда не прикоснется. — Я судорожно сглотнула. — Лично за этим прослежу. Еще не хватало мне глаз на тумбочке отдельно от владельца.
Тем временем изгой, неестественно кривясь и дергаясь, отошел подальше, куда не достигал свет факелов. Раздался неприятный всасывающий звук и тяжелое хриплое дыхание. Ругар повернулся к нам и сделал знак молчать.
Впрочем, говорить и так не особо хотелось, так что окончание «трапезы» мага мы ждали в тишине.
Наконец изгой вновь повернулся в нашу сторону и жестом пригласил всех к столу-верстаку.
— Я готов вас выслушать, — произнес он. — Плата получена, а я хороший работник.
И засмеялся.
Больше всего его смех походил на звук мелких камешков, перетираемых камнедробилкой. И скрежет стекла. И звук воды, которая с хлюпаньем всасывается в слив раковины. А потом, когда он снял с головы капюшон и я разглядела, что скрывалось под ним, все стало еще хуже.
