А потом стало так страшно, что я замерла, не успев поблагодарить инспектора за активное участие в улучшении моего болезненного состояния. Все бы ничего, если бы он ограничился моим отрывом от сиденья и после Наташкиной команды возвратом назад. Но инспектор решил, что мне будет неудобно опираться безжизненными ногами на валяющиеся под ними грязные кроссовки и металлические предметы.
— А что здесь делают ржавый ножи саперная лопатка? В багажнике места не нашлось? — весело поинтересовался он, вытягивая на белый свет и то и другое. — Так, кроссовки я, с вашего разрешения, задвину под кресло.
Стало удивительно тихо. Если не считать задорного лягушачьего пения и шума от проезжающих машин.
— Лежат… — поведала правду Наташка. — Эти металлические предметы здесь лежат… полеживают. Да… Давно собиралась выкинуть. Приятель мужа оставил. Когда на рыбалку ездили. Лопатой червяков копали, а ножом… Не знаю, кромсали, наверное, их на части. В целях экономии. Я ни рыбалку, ни приятеля мужа терпеть не могу. А заодно все, что с ними связано и о них напоминает. Не поверите, два месяца эту гадость с собой вожу в багажнике, все забываю избавиться. Вот на видное место и пристроила. Прямо вперед.
— Нет проблем! — заявил инспектор и, не глядя, лихо зашвырнул нож назад в маленькое болотце, приукрашенное камышом. Хоровое пение лягушек резко оборвалось. — Нож старый, щербатый, а вот саперную лопатку жалко. Может, подарите?
— Острые режущие, колющие и рубящие предметы не дарят, — страдальчески вмешалась я, пытаясь утихомирить многочисленные мурашки на ногах. — Лаперную сопату, Наташа, надо оставить. В машине без нее никак нельзя. Вдруг откапываться придется? Вот до этого момента не понадобилась, а как выкинем, сразу хватимся. Я так однажды пакет с мусором в мусоропровод выкинула, а оказалось, муж успел сделать это до меня. И к двери пристроил другой — со своими запчастями. Чтобы, значит, перед выходом не забыть. Фильтр какой-то, колодки тормозные… И ведь не забыл. Столько мороки было!.. Наталья Николаевна, прими у молодого человека ценный груз и перекинь в багажник. Будем считать, что это не подарок. Ты за него полностью рассчиталась своими нервами. Ехать пора.
— О, как тебе полегчало! — отметила Наташка.
На дачу прикатили в начале первого ночи. Заметив у своих ворот фигуру мужа, я удовлетворенно отметила: Наташка права — он волнуется! А не звонил из простого упрямства. Все-таки мы в контрах. Дальнейшее поведение Димки тоже отвечало Наташкиному прогнозу. Не говоря ни слова, хирург Ефимов решительно развернулся и отправился домой.
— Дима-а-а! — ласково пропела вслед подруга. — Принимай жену. Чуть живую и немножко нездоровую. Только осторожно — надорвалась на пахотно-дорожных работах. А лучше всего принеси стул. Предупредить заранее не могли — все вещи, включая сумочки с мобильниками, в багажнике. Да и не до звонков было. — И тут же сквозь зубы дала мне рекомендацию немедленно вспомнить самый болезненный момент в моей жизни. Например, когда на меня уронили платяной шкаф.
Димка споткнулся, осознал, что со злости отмахал лишние метры, медленно развернулся и, сунув руки в карманы спортивных штанов, неторопливо зашагал к воротам. Не хотел выглядеть «частным лицом», поддавшимся на розыгрыш. За это время я успела сообщить Наташке, что на моей памяти такого события, как свалившийся на меня шкаф, нет.
— Ты этого просто не помнишь! — прошипела Наташка. — Шарахнуло им по головушке, вот память и отшибло. Ирка, ну ты совсем… «частное лицо»? Где твое воображение, основанное на соображении? Тебе сейчас от родного человека нужны только жалость и участие, а не грубые нотации. Здравствуй, Ефимов!
— Откуда это вы?.. — ошеломленно спросил муж, начиная подозревать отсутствие розыгрыша.
— Странный вопрос, Ефимов. Как поется, «вышли мы все из народа». Топи «титаник». Если бы ты знал, в каком дерьме мы были!
— А это кто там, на заднем сиденье? Саженец?
— Саженка. Ольга. Неужели не узнал? Мы ее тоже сначала не узнали, а уж потом, когда выползла из грязи, тем более. Можно мы с ней у вас помоемся?
«Саженка» торопливо поздоровалась, заодно на перспективу пожелав Димке доброй ночи. При этом сильно гнусавила. В ответ он угукнул и уставился на меня.
— А почему Ирине стул нужен?
Услышав свое имя, я тут же воспользовалась Наташкиным советом и мысленно уронила на себя шкаф. Надеялась на всплеск отрицательных эмоций, но даже не пикнула.
А попробуйте пикнуть из-под шкафа.
Не услышав от меня никаких позывных, Наташка посетовала на то, что я язык прикусила. А стул непременно нужен. Зачем Димке самому мазаться об радикулитную жену? Как-нибудь сама на нем до бани доскачет. И главное, надо не дать мне встряхнуться, чтобы ошметки грязи в разные стороны не полетели. Сообщила, что очень кушать хочется и что провиант мы привезли.
Муж встрепенулся, почувствовав твердую опору для нравоучений, проворчал:
— Уверен был, добром и на этот раз не кончится.
— Можешь пересчитать количество чурок, потраченных для титана, — обиделась Наташка. — Две трети верну.
— «Чурок?!» — испуганно дала о себе знать Ольга.
