Интересно, что еще ей рассказал Хью. И рассказал ли он вообще что-нибудь о дне, который мы провели вместе. Меня так и подмывало рассказать Рен обо всем, но я решила, что пока не стоит. А еще мне очень хотелось забыть о разногласиях и написать Руби обо всем в подробностях. Но я, конечно, сопротивлялась. Так странно, что никто не знает о том, что произошло между мной и Хью, кроме нас самих. В то же время мне даже нравится держать это в тайне. Можно вспоминать и улыбаться самой себе.
И сейчас, усаживаясь рядом с тетей и опуская сумку, я тоже улыбаюсь. Мама, сев напротив, кого-то высматривает в зале.
— Мам, не надо шептаться с официантом и делать большой секрет из того, что нам принесут именинный торт, — говорю я, сделав глоток воды. — Никакого сюрприза нет. Я знаю, что будет торт. — Бросаю взгляд на тетю. — Она делает это каждый год.
Тетя Лидия со смехом передает мне и маме корзинку с хлебом.
— Правда, Люси. Бросай это. Саммер уже шестнадцать.
В прошлом году тети на моем дне рождения не было, она уехала на какой-то музыкальный фестиваль в Канаду, но я помню, что она была с нами в «Оролоджио» за год до этого, когда мне исполнилось четырнадцать. Но я не обращала на нее внимания, только хихикала с Руби. Как же хорошо, что сейчас она здесь. Особенно потому, что Руби нет. А еще из-за неприятного чувства, что тетя меня избегает.
— Да я вовсе и не официанта высматриваю, — вздохнув, мама отламывает кусочек хлеба. — Я просто хочу, чтобы Макс нашел нас, когда приедет.
Макс. Хлеб черствеет прямо у меня во рту. Мама не произнесла о нем ни слова по пути в ресторан, и я тайно надеялась, что он отказался или — что было бы еще лучше — что они с мамой расстались.
— Я так рада, что ты дала Максу шанс. — Тетя Лидия поднимает бокал в честь мамы. Я смотрю на тетю искоса, мама удивленно улыбается. — Он прекрасный человек, — по своему обыкновению пылко, искренне продолжает тетя Лидия, — а ты, сестрица, заслуживаешь быть с прекрасным человеком после предыдущего «подарка».
— Лидия! — не сдерживается мама. Нахмурившись, она бросает на меня быстрый взгляд.
— Ты о папе? — Я перевожу глаза с тети на маму, готовая рассмеяться, несмотря на укол обиды за отца и прилив преданности ему.
Вчера я наконец получила от него приторное письмо с поздравлениями со сладким шестнадцатилетием, теплыми пожеланиями, уверениями в его скором возвращении во Францию и в намерении поговорить по скайпу. «Я должен рассказать тебе кое-что важное», — было написано в конце. Эти слова меня немного взволновали, но радость от того, что папа не забыл про день рождения, перевесила. После всего случившегося с поездкой во Францию папину планку пришлось сильно опустить.
— Прости, Саммер, — говорит тетя Лидия, обмакивая хлеб в блюдце с оливковым маслом. Губы сжаты, в карих глазах появилась какая-то жесткость. — Тебе следует знать, что я не очень хорошо отношусь к твоему отцу.
Я киваю, вспоминая, что́ она сказала — вернее, не сказала — на прошлой неделе в «Лучше латте». Мне хочется вернуться к этому случаю сейчас, но за столом вдруг возникает неловкое напряжение.
— Ну… мама тоже. — Я замечаю, что и ее губы плотно сжаты. — Ты про папу еще хуже говоришь, — добавляю я.
— Вполне возможно, — натянуто отвечает мама, то сворачивая, то разворачивая белую салфетку. — Но сейчас не время об этом говорить.
— А когда будет подходящее время? — Глядя на маму, тетя Лидия требует ответа.
— Добрый вечер, друзья! Будете заказывать?
К нашему столу подошел широко улыбающийся официант в бордовом жилете и в бабочке. Так бы и обняла его за то, что прервал неловкий момент.
— Сейчас, одну секундочку, — говорит тетя Лидия, пробегая глазами меню.
Я уже знаю, чего хочу: спагетти болоньезе, мои любимые. В животе урчит.
— Вообще-то мы еще кое-кого ждем, — вступает мама. — Пока его нет, давайте не будем…
Тут как раз появляется слегка запыхавшийся Макс. На нем хороший костюм и галстук, в руках бумажный пакет из магазина «Между строк».
— Простите, простите, — говорит Макс и, наклонившись, — о ужас! — быстро целует маму. Потом садится рядом и открывает меню. — Пока вы все заказываете, я как раз успею выбрать, — добавляет он.
— Мне спагетти болоньезе, — говорю я безразлично, аппетит куда-то пропал.
Тетя Лидия выбирает равиоли, а мама, подумав, лазанью и бокал вина. Макс — бр-р! — тоже заказывает лазанью, и официант уходит.
За столом воцаряется тишина. Я делаю большой глоток воды и разгрызаю зубами кубик льда. Все-таки надо было, наверное, Руби пригласить. Мы поссорились, ну и что? Или Рен. Или Хью, если бы он не уехал в Вашингтон, Ди-Си. И если бы у меня хватило смелости.
— С днем рождения, Саммер! — раздается наконец бодрый голос Макса. Будто бы нет ничего странного в том, что он здесь. Будто бы я не проходила сегодня в кампусе несколько раз мимо его будки. — Это тебе, — теперь говорит он, протягивая мне пакет из «Между строк».
— Макс, не стоило! — восклицает мама. И это раздражает.
— А разве подарки не после ужина? — Вопрос тети Лидии ввергает меня в состояние предвкушения. Хоть мне и шестнадцать, подарков все равно хочется.
