Ярко-васильковый бархат струился от бедра свободными фалдами. Края ткани обшиты золотой лентой. Вся конструкция напоминает приталенный халат в пол на бретельках и с крупными пуговицами. Сами пуговицы выполнены по заказу Ирэн. Она разобрала одно из ожерелий, и теперь круглые золотые пуговки с центральной жемчужиной в обрамлении мелких синих камушков украшают сарафан до самого пола. Под сарафаном – блуза с пышными рукавами и высокими манжетами, плотно облегающими запястье. Дорогой привозной шёлк, плотный, с некрупным матовым рисунком. Белое на белом. Вместо пуговок пришиты небольшие жемчужины. Руликовые петли плотно обхватывают бусинки.
В столичном доме лорда Беррита есть большое зеркало. Сейчас его по приказу леди доставили в комнаты Ирэн. В замке она не видела себя во весь рост. Зеркало осталось в покоях отца Клавдия, а к ним она никогда не подходит. И сейчас Ирэн с каким-то странным любопытством первый раз рассматривает себя в новом одеянии. Слегка поворачивается перед зеркалом, давая возможность бархатным складкам колыхаться влево-вправо. На ярком осеннем солнце, бьющем сейчас в окно, бархат играет переливами, посверкивая золотыми пуговками.
Леди Маргит с видом стороннего наблюдателя сидит в кресле и внимательно разглядывает непривычный костюм Ирэн. Очень, очень неожиданно… Но красиво, это бесспорно! Однако, всё равно риск есть. Тут многое зависит от случая.
Берриту леди Маргит благодарна за многое. В своё время именно он поддержал её права на опеку. Хотя двоюродный братец мужа и пытался оспорить в суде, однако Беррит, как ближайший сосед, выступил в её защиту. Тогда, пятнадцать лет назад, это решило всё. Конечно, лорд тоже в накладе не остался – выпросил себе небольшую рощу.
Только лорд честно не тянул больше руки к её имуществу. Более того, просто по-соседски помог однажды войсками, когда завелась банда мародеров. Даже взамен ничего не потребовал, только посоветовал сменить капитана стражи. И за этот совет леди тоже была благодарна.
Леди Маргит вздохнула – Реджинальду уже исполнилось двадцать лет. Так что в столицу она прибыла просто за компанию с сыном, а не для заседания в совете пэров. Долгие годы она была там единственной женщиной.
Конечно, сколь возможно, она отказывалась посещать палату, но иногда, когда лорд Беррит просил, приезжала и отдавала голос за нужные ему решения. Леди прекрасно знает, что она такая не одна. Всегда внутри собрания есть разнообразные группировки и течения. Но политика – не то, что ей интересно. А вот эти странные штуки на одежде леди Ирэн заслуживают внимания.
Ирэн опасалась получить порцию пренебрежения со стороны столь уверенной в себе гостьи, но леди так и не высказала своего решения. И хотя платье она чисто по-женски оценила, но стоит ли идти в нём на собрание пэров так и не сказала.
— Я обговорю тонкости с лордом Берритом, леди Ирэн, и пусть тогда ваш отец примет решение.
Ирэн была в недоумении. Что именно леди будет обсуждать с отцом? Покрой сарафана?! Перечить, однако, не стала, любезно проводила гостью и занялась домашними делами.
Лорд пожаловал в её покои перед ужином.
— Садись, дочь. Мы обсудили с леди Маргит твою одежду. Послушай меня внимательно. Это, безусловно, мелочь на фоне остального, но… Ирэн, может возникнуть ситуация, когда твоё платье попытаются высмеять, как немодное. Что ты будешь делать?
Ирэн задумалась. Силу общественного мнения она знала прекрасно. И прогибалась под него всю жизнь. Возможно, стоит просто купить модный туалет и не городить проблем на пустом месте? В конце концов, она, возможно, здесь первый и последний раз, все носят эти оголтелой расцветки мешки. Стоит ли городить конфликт на пустом месте?
Ирэн вспоминала: «…семья же ж…», «… ты должна!», «…какой-такой тебе развод?!», «…пустоцвет, сыну-то моему жись сгубила…».
Сейчас она графиня. Графиня не самых маленьких земель в этом государстве. Если она даже в мелочах будет гнуться под каждого хама и идиота, то… И совершенно непонятно, чего ждёт от неё лорд?
— Отец, — осторожно начала леди Ирэн: — в Англитании всего семь герцогов и король.
— К чему ты это говоришь?!
— К тому, что остальные мне или ровня, или стоят ниже по положению. Почему я должна оглядываться на мысли какого-то барона? Если ты скажешь, что его величество не одобрит такое новшество, я куплю себе то, что носят все. Если же его величеству всё равно, я предпочту пойти в своём платье.
— А насмешки? — лорд улыбнулся.
— Я отправлю насмешника к лорду Берриту, моему отцу, и попрошу повторить гадостные слова ему в лицо!
— Хорошо, девочка. Я послушаю этих насмешников! — лорд уже откровенно смеялся.
Перед уходом, лорд снял с пальца массивный перстень с огромным сапфиром и надел на тонкий палец дочери. Ирэн с улыбкой подумала, что лорд просто не умеет выражать свои чувства иным способом. И ещё… Зачем-то лорду-отцу нужна была эта демонстрация с платьем. Какие-то свои планы у него, очевидно, были.
Перед днём икс отец долго и подробно инструктировал Ирэн. Ничего особенно сложного в правилах не было, кроме одной детали.
