Сопровождал графский кортеж в этот раз лично капитан Вест. Он так же получил сообщение из столицы и делился новостями:
— Меня вызвали не просто так, ваша светлость. Увы, думаю, что мои дни службы в вашем доме окончены. Скорее всего, я получу новое место назначения. Мне очень жаль, леди Ирэн… Но я человек военный и приказ есть приказ.
— Капитан, но пока вы его не получили… Скажите, а сами вы хотели бы остаться в графстве?
— Ваше сиятельство, это лучшее место службы за всё время. Поверьте, я не льщу вам. Я охотно остался бы служить в вашем доме.
При въезде в столицу, прямо у городских ворот, леди Ирэн дожидался капитан королевских гвардейцев в сопровождении четырёх солдат, который передал приглашение герцога Сайвонского остановиться во дворце. Он был молод, очень красив и одет явно дороже, чем мог позволить себе простой капитан. Сюрко не полотняное, а из хорошей тонкой шерсти, плащ подбит атласом, на руках – несколько весьма массивных перстней.
— Капитан королевских войск, граф Горацио Киранский, леди Ирэн, к вашим услугам! — он почтительно склонился перед ней, целуя руку Ирэн и задерживая её в своих ладонях на несколько мгновений дольше, чем было принято: — Племянник герцога Сайвонского. — торжественно добавил он.
Ирэн не слишком понравился встречающий её щёголь. И его преувеличенная любезность, и хвастовство родством с всесильным герцогом, и тот пренебрежительный взгляд, который он бросил на пропылённого в дороге капитана Веста. Да, одежда Веста не предназначена для шарканья по дворцовым паркетам. Зато практична и удобна в бою.
В дороге граф Горацио восторженно восхищался красотой Ирэн, её удивительным вкусом в выборе одежды, рекомендовал ей каких-то модных портних и дорогие лавки и вообще трещал, не переставая. Дикон забился в угол кареты и с неприязнью смотрел на мелькающего в окне кареты красавчика, то и дело склоняющегося к раздвинутым шторкам для изречения очередной благоглупости – поздороваться с подростком тот не счёл нужным. Надо отдать капитану должное, своим норовистым карым жеребцом он управлял безукоризненно.
Леди с поклоном встречал солидный лакей весьма представительной наружности, одетый в цвета короля:
— Покои вашего сиятельства уже готовы, прошу следовать за мной.
Груз леди отправила в дом отца, а сама, немного поколебавшись, оставила Дикона при себе. Так же, как и госпожу Кёрст и горничную. Чем больше вокруг своих людей, тем лучше.
— Это мой паж, капитан Киранский. Я не могу обходиться без его услуг.
Повеселевший Дикон вызывающе глянул на капитана.
Ванну леди пришлось ждать, но лёгкий обед был накрыт почти мгновенно. Комната, в которой её разместили, была мала и не слишком уютна. Три стула, стол, лавка у дверей – для прислуги. В угол комнаты, у входа в маленькую спальню, сгрузили два сундука с вещами леди. Спальня без камина и штор. Зимой здесь, скорее всего, никто не живёт. Зато в комнате есть большое, вделанное в стену зеркало. Для Дикона пришлось просить выкатную кровать. За мытьём и мелкими хлопотами день пролетел быстро.
На следующий день, сразу после завтрака, леди Ирэн пригласили в приёмную герцога. Она вздохнула почти с облегчением – чем быстрее закончит дела, тем больше времени будет на свои заботы и покупки. Чиновник, сопровождающий леди, не возражал, чтобы с ней шли и госпожа Кёрст и Дикон. Именно ему, как пажу, доверили вести на поводке Грая и Черныша.
Только сейчас леди Ирэн обратила внимание на туалеты встречающихся ей женщин – сарафаны. О, разумеется, совсем не такие модели, как носила дома леди. Клиньев в подол вставлено столько, что получался аналог юбки-солнца, ткани златотканые, пуговицы идут в два, а у некоторых и в три ряда. Уже не пуговицы, а украшения. Повеселили леди причёски встречных прелестниц – сложные конструкции с использованием накладных волос, драгоценных гребней и шпилек.
Сама же леди Ирэн предпочла просто распустить волосы и прижать их тонким золотым венцом. На фоне расфуфыренных придворных, она была, как глоток воздуха в жару. И бархатный голубой сарафан, и скромная дорожка золотых пуговок отлично сочетались с сапфирами венца. Перед выходом леди осмотрела себя в зеркало и сочла, что нужно добавить нить жемчуга. Трёхрядный коллар* из розоватых мелких жемчужин облегал шею плотным воротничком, подчёркивая и длину самой шеи, и ровный тон кожи. На неё косились, её рассматривали. Явно будут сплетничать.
Проход из жилой части королевского дворца в огромную квадратную башню, отданную под нужды канцелярии, занял почти полчаса. Приёмная герцога, огромная комната с тремя узкими окнами в пол, забранными коваными решётками, была полна людей. Дамы и военные, придворные щёголи и, похоже, даже купцы. Все резные скамьи вдоль стен были заняты, народ кучками толпился в центре и почтительно обходил конторку, за которой сидел старый, сморщенный, маленький, как гном, секретарь. К великому облегчению леди Ирэн, мариновали её в приёмной не слишком долго.
