Вместе с тем все болезненнее становится гуманитарная проблема, порожденная стремительным ростом городского населения. Это судьба так называемых «социальных сирот». Она порождена тем, что крестьяне, ушедшие на заработки в города, вынуждены оставлять своих детей на попечение бабушкам и дедушкам, ибо с сельской пропиской их не берут в городские школы. По данным переписи 2010 года, в Китае 58 миллионов. «социальных сирот», у которых как отцы, так и матери больше пяти лет трудятся вдали от родных мест и могут видеться с детьми лишь пару недель на Праздник весны.
Для искоренения абсолютной бедности нужно добиться того, чтобы в каждой нуждающейся семье хотя бы один человек мог заняться подсобными промыслами или трудиться на так называемых поселковых предприятиях. Но для этого нужно усадить за парты сельскую молодежь, которой нередко приходится бросать школу из-за материальных трудностей.
Как уже отмечалось, в Китае осуществляется проект «Надежда». Эта благотворительная программа финансирует школьное образование нуждающейся сельской детворы за счет добровольных пожертвований. На этот призыв откликнулись миллионы горожан, тысячи трудовых коллективов, сотни иностранных фирм, ведущих дела в Китае.
Проект «Надежда» вернул за парты около двух миллионов крестьянских детей, позволил открыть в бедных уездах почти 3 тысячи новых школ, оказать помощь энтузиастам-учителям, добровольно переселившимся в сельскую глубинку.
Многие иностранные фирмы, ведущие дела в Китае, предоставили проекту «Надежда» деньги на строительство одной или даже нескольких сельских школ.
Итак, урбанизация Китая уверенно теснит нищету. Теперь, когда горожанином является не каждый десятый, а каждый второй китаец, Поднебесной легче сделать последний, решающий шаг к мировому лидерству.
Много ли пьют в Китае? В каких случаях личной, деловой и общественной жизни алкоголь помогает людям находить общий язык? Разумеется, при любых обобщениях, касающихся почти полуторамиллиардного народа, неизбежны тысячи и даже миллионы исключений. Но на приведенные выше вопросы я бы ответил: во всяком случае, меньше чем у нас. Хотя время, как говорится, не стоит на месте.
Эти строки так же известны в Китае, как у нас пушкинские «Буря мглою небо кроет». Их написал еще в VIII веке Ли Бо, которого считают самой яркой звездой на китайском поэтическом небосводе.
Вино и радость встречи. Вино и грусть одиночества. Вино и мимолетность жизни. Вино и приобщение к красоте природы. Все эти вечные темы издавна присущи китайскому искусству.
Даже столь серьезная наука, как философия, не обошла тему опьянения. Достаточно вспомнить популярную притчу Чжуан-цзы. Однажды этот мудрец, попивая вино, раздумывал о смысле жизни. И не заметил, как заснул. Причем увидел себя бабочкой, порхающей с цветка на цветок. Чжуан-цзы засомневался: кто же он все-таки? То ли пьяный философ, которому приснилось, что он бабочка? То ли бабочка, которой вдруг привиделось, будто она пьяный философ?
Как и у других народов, алкоголь с глубокой древности выполнял у китайцев социальную функцию, придавая торжественность ритуалам и выполняя роль смазки в механизме человеческих взаимоотношений. По представлению китайцев при губить с кем-то вино из одной чаши – значит установить общение душ.
При свадебном обряде жениху и невесте подносят два кубка. Они пробуют вино, меняются бокалами и делают еще по глотку. Когда под Новый год глава семьи хочет помянуть родителей, он отпивает вино из ритуальной чаши и ставит ее на домашний алтарь предков с их именами.
Нужно уточнить, что в стихах древних поэтов речь идет о «шаосин-цзю». Это рисовое вино, вкусом и крепостью похожее на японское саке (18-20 градусов).
Именно шаосинское вино поныне используется элитой общества в торжественных случаях. Как и саке, его принято пить подогретым. Бутылку разливают по фарфоровым кувшинчикам и ставят их в таз с горячей водой. Когда уровень жидкости поднимется до краев, вино согрелось.
Шаосинское вино китайцы пьют из пиалок емкостью чуть больше наперстка. Чокаться ими неудобно, да и не принято. Предлагая тост, нужно в знак почтительности правой рукой поднять пиалку, а левой придерживать ее донышко. Есть своя логика в том, что на застолье доминирует шаосин-цзю крепостью 15-20 градусов. Ведь на такой трапезе обычно подают 8, а то 12 и даже 16 блюд. Чтобы на столь длинной дистанции гость смог по достоинству оценить каждое из них, он не должен охмелеть раньше срока.
