В связи с изложенным приобретает известный интерес тот своеобразный и несколько необычный лексикон, которым обогатили язык научно-философской дискуссии А. Ф. Иоффе и его единомышленники.
Например, в рассматриваемом выступлении А. Ф. Иоффе против его идейных противников встречаются, между прочим, следующие слова и выражения:
Подобными словами и оборотами речи изобилует выступление акад. А. Ф. Иоффе. Такой же язык, в одних случаях более утончённый, в других ещё более яркий, фигурирует и в полемических выступлениях С. И. Вавилова, В. А. Фока, И. Е. Тамма и Я. И. Френкеля.
Во-первых, большое количество специфических и не применявшихся до сих пор слов и оборотов речи, введённых определённой группой советских физиков в язык научно-философской дискуссии, переходит в качественную характеристику физического мышления, оказывающегося неспособным к чёткому и недвусмысленному формулированию суждений по существу научно-философских вопросов, стоящих перед нами.
Во-вторых, прибегая к использованию данного лексикона, обычно исключаемого из всякой серьёзной научной дискуссии, указанная группа физиков доказывает этим только отсутствие какой-либо возможности опровергнуть доводы её идейных противников и откровенно выдаёт самой себе, так сказать testimonium paupertatis <свидетельство о бедности>"[188].
Павел Алексеевич Черенков (1904-90 гг.) закончил в 1928 г. физико-математический факультет Воронежского университета и в 1930 г. поступил в аспирантуру Института физики и математики Академии наук в Ленинграде. В качестве диссертационной работы ему было предложено изучать люминесценцию растворов урановых солей под действием радиевого γ-излучения. Общее руководство его диссертацией осуществлял С. И. Вавилов, изредка встречавшийся со своим подопечным:
"Сергей Иванович жил в Москве, а Академия наук, где я проходил аспирантуру, находилась тогда в Ленинграде, так что наши с ним встречи происходили примерно два раза в месяц. Он приезжал в Ленинград, где его ждала масса других дел. но всё-таки он находил, хотя бы полчаса времени для беседы со мной" (П. А. Черенков)[189].
Черенков обратил внимание на слабое голубоватое свечение растворов, возникавшее при их облучении, и, проделав десятки тонких опытов, убедился, что это свечение не могло являться люминесценцией ― оно не зависло от типа растворов, их чистоты и температуры.
В книге Л. Левшина, близкого соратника С. Вавилова, сообщается, что тот был недоволен ходом работ своего аспиранта, считая обнаруженное им свечение результатом небрежной подготовки растворов:
"Справляясь время от времени как идут дела у Черенкова, Вавилов убеждался в нерадивости его подопечного, у которого, несмотря на все рекомендованные меры, продолжали светиться чистые растворители. Вавилов раздражался и говорил Черенкову, что пока тот не научится как следует чистить растворители, никакого продвижения не будет"[190].
