Два мира. Том 2 [СИ] полностью

Сна не было ни в одном глазу, и он, одевшись, вышел на балкон подышать свежим воздухом. Ночь давно перевалила за середину, и в ближайших домах свет почти не горел; в дальнем конце парковки отеля около мотоцикла возился одинокий мужчина.

Стоило выйти, как в нос ударил сигаретный дым. Искать его источник долго не пришлось: Анко, завёрнутая в одно лишь полотенце, босиком стояла на бетонном полу балкона, опираясь локтями на бортик, медленно и глубоко затягиваясь.

— Оделась бы, больная, простудишься ведь.

Анко вяло хмыкнула и через невысокую перегородку, разделявшую балконы чисто формально, протянула ему пачку, но Дейдара отвёл её руку, покачав головой. Как-то раз он выкурил на спор с Хиданом «особую» сигаретку… с тех пор желание попробовать снова так и не появилось.

— Видишь того детину в косухе с клёпками? — джонин дёрнула подбородком в сторону мужика возле мотоцикла. — Только что от меня. Убега-а-ал — только пятки сверкали, — её язык немного заплетался, но в тоне не было и тени эмоций.

— Ты пьяна? — уточнил Дейдара.

— Не без этого, — признала Анко, буквально улёгшись на ограждение балкона, прогнувшись в пояснице так, что полотенце поднялось неприлично высоко. — Крепкий парень, всё при нём…

— Митараши, мне плевать, — искренне сказал Дейдара, но девушку было не остановить.

— Я ему, знаешь, сказала, чтобы ударил меня — со всей дури так, по-честному… но предупредила, что ударю в ответ, — она хмыкнула и повернулась в подрывнику полностью, чтобы он мог увидеть и правую половину её лица; щека у неё припухла, а под глазом зрел синяк. — Слабак, даже сломать мне ничего не смог, а уж когда я повыбивала ему зубы и нос сломала…

Словно почуяв, что речь о нём, мужчина на парковке обернулся, поднял голову и, увидев куноичи, разразился потоком брани, не слишком внятной, но однозначно агрессивной. Анко расхохоталась и сделала в его сторону незамысловатый жест.

— Ты на всю голову больная, — проговорил Дейдара, наблюдая за тем, как мотоцикл выезжает на улицу. — Тебе лечиться пора, ты знаешь это?

— Как вернёмся, сдамся на полный медосмотр, — фыркнула Анко и смерила его придирчивым взглядом. — Хей, какой-то ты слишком удовлетворённый! Неужто наша маленькая скромница созрела?.. Хотя, о чём это я? — она рассмеялась почти издевательски. — Скажи, вот зачем иметь пару, если не можешь её поиметь?

— Чтобы ты знала, существует любовь, — раздражённо бросил Дейдара.

— Не-а, не существует, — Анко прикурила новую сигарету и опять облокотилась на бортик. — Готова спорить, ещё немного такой жизни — и ты от Хинаты сбежишь. Я вас, мужиков, знаю.

— Даже слишком многих.

— Опять начнёшь свои проповеди о воздержании? — Митараши мгновенно перешла от апатии к злобе.

— Нет, — твёрдо ответил Дейдара, хотя некая часть его этого и требовала. — Мне плевать, чем ты занимаешься — меня с тобой не связывает ничего, кроме миссии. Раньше связывало, а теперь…

Сигарета согнулась между её пальцами, плечи джонина напряглись. Из-за облаков, наконец, вышла луна, и Дейдара заметил на левой лопатке Анко странной формы шрам, похожий на иероглиф. Нет, это был иероглиф — вырезанный на коже, точно на дереве, символ «Драгоценность». Твою мать.

— И к лучшему, — буркнула Анко и, швырнув испорченную сигарету вниз, на улицу, скрылась в своём номере, напоследок с силой хлопнув дверью.

Дейдара невольно коснулся кольца Акацуки, которое не снимал никогда; на нём в центре поля стоял иероглиф «Синий». «Драгоценность» — символ, принадлежавший кольцу напарника, после расставания у арки так и оставшемуся у Дейдары: он не смог заставить себя отдать кольцо Яхико, даже не сказал Лидеру, что оно у него. Сантименты? Ксо, нет, конечно! После того боя в Отделе Дейдара сохранил кольцо, чтобы при следующей встрече швырнуть его кукловоду так же, как он сам швырнул ему тогда, а затем вернуть напарника — неважно, как, хоть избить до полусмерти, связать и притащить! — в организацию. Ну а теперь, когда Сасори мёртв… «Просто нафиг мне не сдался новый напарник, да. Одному отлично работается».

Но то, что кукольник — а кто ж ещё? — вырезал этот символ прямо на Анко… Дейдара прекрасно знал, что Сасори любил помечать свои вещи: всегда ставил клейма на новые марионетки, если они его полностью устраивали; свои свитки, если они всё-таки попадали на общую полку, помечал маленьким скорпионом в углу. И то, что Сасори отметил этим знаком Анко…

«Что между ними на самом деле было? — впервые задумался Дейдара — но тут же напустился на самого себя: — Ксо, что за сопли распустил сегодня?! Данна — мёртв, Митараши — просто капитан на время миссии, Хината… всё у нас с ней будет, и к Мерлину и Рикудо все эти тупые мысли!»

Утром после того, как вся команда собралась в номере Дейдары и Хинаты и девушка настояла на том, чтобы помочь капитану и залечить её повреждения, шиноби занялись серьёзным обсуждением.