– Так, все, иди, а то устроил здесь. Это вообще–то двор, общественное место, а не комната для свиданий! – говорю строго.
– Конечно, мэм, слушаюсь, – отвечает Дима, усмехаясь, – разрешите откланяться, – театрально кивает, прощается с Машей и Мишей и идет садится в свою машину.
Наблюдаю за ним с улыбкой. Вот же позер.
– Это был Дима, да? – внезапно справа раздается чей–то голос.
– Да, он, – отвечаю с мечтательной улыбкой на губах и только потом понимаю, что что–то не так. – Мама? – испуганно восклицаю. – Что ты здесь делаешь? Ты разве звонила? Предупреждала, что хочешь прийти?
– Нет, – она пожимает плечами, – но почему я не могу просто так навестить своих внуков? Зарплату получила, увидела кубики детские, так захотелось купить и принести, – она склоняется над Машей и Мишей, вручая им подарок.
– Спасибо, – бормочу растерянно, – у нас таких нет.
Поправляю капюшон коляски правой рукой, абсолютно не задумываясь о том, что на ней надето.
– Кольцо? – зато мама сразу замечает, она глазастая на такие вещи. – То самое? Вы тут что, успели пожениться? Хотя нет, мало ж времени прошло. Но он тебе точно сделал предложение! – заявляет она уверенно. – Я видела, как вы целовались, явно не просто опеку над детьми собираетесь оформить, – договаривает, хитро прищурившись.
А я стою молчу, не зная, что ответить. Глава 52
Тихое семейное счастье. Это понятие меня раньше не трогало от слова «совсем». Вернее, если быть более точным, я его воспринимал как некую утку, умелый маркетинговый ход для наивных простаков, которым хочется в жизни романтики. Но уж точно я сам никогда не испытывал с Викторией даже что–то отдаленно напоминающее счастье. И тем более тихое.
Единственное слово, которое можно было применить к нам из этой конструкции – это семейное. По бумагам мы действительно числились семьей. Соответствующие атрибуты у нас тоже были. Кольца на пальцах, одна крыша над головой, общий бюджет. Но по факту…
По факту, я понимаю, что лишь сейчас начинаю познавать то самое тихое семейное счастье. И это прекрасно.
И особенно прекрасно, когда два маленьких личика улыбаются почти беззубыми ртами, когда берут у меня из рук игрушку и с интересом изучают ее, и, конечно, когда к нам подходит их мать.
Катя, она, даже не знаю, как охарактеризовать эту чудесную девушку. Я до сих пор так до конца и не разобрался в том, что с нами происходит, уверен лишь в том, что она идеальна. Идеальна, как мать, и как моя супруга.
И это та самая вишенка на торте, я сумел заполучить себе в жены такую девушку! До сих не до конца верю, смотрю каждый день в свидетельство о браке, и в отличие от предыдущего нынешний документ вызывает во мне лишь положительные эмоции. Вот бы до конца скрепить наш союз, и чтобы никакие внешние силы нам не мешали.
Ее подруга вроде успокоилась. Не то, чтобы я был настроен против нее, скорее она против меня, и это–то и вызывало здравые опасения. Я ни в коей мере не собираюсь обижать Катю, не повторю ошибок прошлого, но люди вроде Светы способны настроить против кого угодно.
Хотя Катенька точно думает лишь своей головой. И мне очень повезло, что сейчас она смотрит благосклонно именно в мою сторону. Надеюсь, так оно и останется, но тут все зависит от меня. Ох, никогда еще с такой ответственностью ни к чему в жизни не относился. Катя поистине изменила мой мир.
Тут у меня звонит телефон, отвлекая от счастливых мыслей, отвечаю не глядя.
– Здравствуй, сын, не образумился пока?
Отец. Даже перепроверяю дисплей смартфона, но там, конечно, точно он. Было бы глупо предполагать, что кто–то ошибся номером.
– Наоборот, папа, так образумился, как никогда не мог под твоими зоркими очами, – усмехаюсь.
– Я заметил, что мозги у тебя есть, да и не смог я единственного ребенка без ничего оставить, отписывал тебе кое–что по мелочи.
– Благодарю, отец, ты так щедр, – произношу с сарказмом, – поклонился бы тебе до пояса, но мы по телефону говорим, не видим друг друга.
– Еще и ерничаешь, зубы отрастил. А если твои фриланс работенки прикроются? Что делать будешь?
– Но ведь у меня еще останется пассивный доход, который ты, папа, великодушно не забрал, – отвечаю резонно.
– Ладно, мы с тобой ходим по кругу. В конце концов, я даже рад твоей внезапно проснувшейся самостоятельности. Не вечный я, а на пасынка не собираюсь все оставлять.
Папа меняет тон разговора, но в этом весь он – суровый, но справедливый. Иногда. Вернее всегда, просто справедливость у него сугубо своя, а не общепринятая.
– Свою супругу не забудь обрадовать, она небось счастлива будет.
– Да она знает. И их я с голой попой не оставлю, не переживай. В общем, чего звоню, невесту тебе нашел, хотел в этот раз с тобой ее заранее познакомить, чтобы вы пообщались, нашли общий язык и так далее. А то на вас с Викой мы с ее родителями надавили, хотя до женитьбы вы не проявляли друг к другу благосклонность.