Это стихотворение замечательно по своей инструментовке. Необычно (впрочем для стихотворной речи как раз обычно)" ведут себя" гласные: они удлиняются, кажутся более протяжёнными. "Бури завыванье" слышится с первых строк:
Созданию звукового образа бушующей вьюги служат и аллитерации:
Музыка бури звучит и во второй строфе. Она врывается в шуршание, шёпот, потрескивание, жужжание веретена, нарушая неподвижность, тишину и призрачный домашний уют. Если до этого музыкальные темы вьюги и дома шли параллельно, не пересекаясь, то во второй части строфы инструментовка приобретает полифоническое звучание.
Звуковой образ рождает и зрительный: призрачная белизна за окном и приглушённый свет внутри.
В стихотворении существуют три мира: буря, дом, нянина песня:
I. Буря, вечер, тьма, тревога ("Буря мглою небо кроет, вихри снежные крутя…").
II. Дом, вечер, сумрак, печаль ("Наша ветхая лачужка и печальна и темна…").
III. Песня, утро, свет, покой ("… как синица тихо за морем жила, как девица за водой поутру шла…").
Стихийному движению за окном, печальной неподвижности дома противостоит только нянина песня. Она несёт свет и покой, которых нет ни в природе, ни в душе.
Стихотворение "Зимняя дорога" было написано в конце декабря 1826 года. В отличие от "Зимнего вечера" и «Бесов», созданных осенью, эти стихи написаны "с натуры" под впечатлением поездки во второй половине декабря из Пскова в Москву.
В первые месяцы после окончания ссылки даже монотонная зимняя дорога воспринималась, по-видимому, вполне оптимистично. Поэтому в эмоциональном отношении – это самое светлое из трёх стихотворений.
Произведение построено как "ряд волшебных изменений". На его протяжении всё неуловимо меняется: пейзаж, время (сегодня-завтра-сегодня), настроение, лунный свет.
В отличие от "Зимнего вечера", где всё происходило или в доме, или вокруг него, действие переносится на дорогу. Слово "печальный "дважды повторяющееся в первой строфе, определяет тональность всего стихотворения, становится его камертоном.
Печальный, загадочный, даже немного зловещий свет луны, печальные поляны, однообразная зимняя дорога, монотонный звон колокольчика… "О Господи, как печально, как дважды печально, как безысходно безнадёжно печально, как навсегда припечатано печалью…"[10].
Если в "Зимнем вечере" время чётко обозначено, а пространство определено, то в "Зимней дороге" рамки как пространства, так и времени раздвигаются: это очень длинная, но не бесконечная дорога, так как расстояние её измеряется вёрстами, а время звоном колокольчика и песнями ямщика.
Стихотворение существует как бы в двух временных измерениях: реальное «сегодня», в котором умещаются и эта дорога, и эта ночь; и воображаемое «завтра», в котором дорога завершается домом. Там, в доме, уже совсем другой отсчёт времени. Это время измеряется часовой стрелкой и точно обозначено: от полудня до полуночи и дальше…
