Я замедлилась и нахмурилась, но тут же вспомнила Стража Безмирья в собственном саду и махнула рукой. Даже если что-то запрещено, то не обязательно каждому. Всегда есть исключения. Пусть принимают за сумасшедшую иностранку и оплакивают, если хотят. Возможно, других и ждёт что-то нехорошее за этой оградой, как ждали Виталика собаки в моей крапиве. Но не меня!
Убеждённость, что я пришла по нужному адресу к конечной цели необычной прогулки, окрепла. Именно странные существа, обитающие здесь, подарили мне Скифа. Дрей общается с ними, а Лени вообще живёт среди каиров. В конце концов, на моём собственном кисете герб Валей с багульником Пустоши в центре!
Я сжала мешочек и шагнула с бульвара на мостовую. Пока я пересекала её, ворота сами собой открылись. Ни перед ними, ни дальше никого не было видно. Тишина и ни малейшего движения, только тихий скрип тяжёлых кованных петель. Я обвела глазами окна особняка и в одном из них заметила каира, который наблюдал за происходящим, скрестив руки на груди. Когда наши взгляды встретились, на лбу его вспыхнул на мгновение световой символ. Да, я пришла по адресу и меня ждут!
За подворотней, как свет в конце тоннеля, виднелся залитый солнцем сад. Приблизившись, я рассмотрела, что весь он засажен цветущими сливами и пошла к ним. Что нужно делать дальше я не знала, поэтому просто стала петлять среди деревьев и тихо звать Скифа, пока не оказалась в плотном кольце чьих-то рук, потянувших меня в заросли.
***
– Спокойно, красотка, это всего лишь я, – тихо просвистел мне в самое ухо… Стеф? Боги, Стеф!
– Но… как же?! – ещё тише выдавила я и вытянула вперёд трясущуюся руку, пленённую браслетом.
– Выдыхай, Элис. Ты на условной территории Каиры, защищённой Старой расой со всех сторон. Почти никакая человеческая магия здесь не работает, включая эту штуку.
Стефан расслабленно плюхнулся на скамейку под одной из слив, посмотрел наверх и посвистел. Из кроны тут же с весёлыми трелями вылетела крошечная ярко-синяя птичка, вдвое меньше арависов, похожая больше на стрекозу или бабочку. Она принялась кружить над его головой, выдавая на редкость сложную мелодию.
– С ума сойти, сестрица! Цисти! Каирская цистикола! Видовая, не магическая! Кабы не ваши с Дреем неприятности, я никогда в жизни не увидел бы такое своими глазами!
Беззаботный, безбашенный Стеф… Несмотря на тревогу и плохое самочувствие, я тоже заулыбалась, но тут же нахмурилась после слова «неприятности» и спросила для начала самое простое и логичное:
– А Скиф?
– Вон в том углу сада. Мы с ним трижды заучивали весь путь сюда и места с призами на финише. Твой олис лопает горох из кормушки и подкатывает к серебряной самочке, они с первой встречи подружились.
– Серебряной?
– Да, у каиров и такие есть. – завистливо вздохнул Стеф. – Они вроде земных полярных. Песцы.
Он выпрямился и подтянулся, перестал блаженно скалиться и скороговоркой продолжил:
– Короче, запоминай! Ты теперь по утрам гуляешь со Скифом. Когда не хочешь или не можешь, Тия выпустит его в сад, она знает. Из внутреннего двора олис на бульвары не потащится, займётся спокойно своими делами, может к нам заглянет. А вот от уличного входа – непременно побежит сюда, прямой наводкой. Потом научу, как его звать назад домой.
Цисти, с которой Стеф прекратил пересвистываться, потеряла к нам интерес и нырнула назад в цветочную пену. Увлечённый сиатский зоолог проводил диковинку полным сожаления взглядом, снова протяжно вздохнул и тряхнул светлыми кудрями.
– Тебе не обязательно таскаться к посольству ежедневно. Но лучше почаще, чтобы не вызывать подозрений. Пусть будет вроде как привычный маршрут, поняла?
Я послушно кивнула.
– Смотри, под этой лавочкой сундук. Это теперь вроде твоего почтового ящика. Хотя бы пару раз в неделю проверяй сообщения от нас и пиши ответные.
Стеф выдвинул ящик и продемонстрировал его нутро – стопку бумаги, конверты, письменные принадлежности.
– Такая вот связь. Даже если новостей нет, просто черкни, что с тобой и бабулей порядок. Ну или хотя бы «Тиф – урод» напиши, если совсем нечего сказать. Тоже сойдёт. В общем, чтобы я знал, что всё нормально и вы живы-здоровы. Пиши прямо здесь, там всё для этого есть. И мои весточки тоже не выноси за пределы посольства, браслет ударит.
Письма пару раз в неделю!..
На глаза навернулись слёзы. Идя сюда, я по-детски надеялась на чудо. Верила, что нашёлся выход.
Я закусила губу, задрала подбородок и закатила глаза, чтобы не расплакаться. Ясное голубое небо. Яркие редкие облака, пушистые и лёгкие. Одно, второе, третье…
– У-у-у… Иди-ка сюда! – Стеф потянул меня за запястье к себе и обнял, когда я потеряла равновесие и плюхнулась на скамью. – Что, совсем фигово?
Он прижался губами к моему лбу и ласково тормошил плечо, утешая меня, словно ребёнка, который разбил коленку. Тут уж не разреветься было совсем невозможно.
– Ты научись всегда ходить с арависами, Элис. А то совсем расклеишься.
– Дело не в этом, Стеф, – всхлипнула я. – Просто, когда Лей намекнул на эту прогулку, я подумала, что есть какой-то план и… И успела, к сожалению, убедить себя в том, что всё не безнадёжно.