Ночевать мы со Скифом отправились прямо в постель Зоры. Засыпая в обнимку с её рукой, я спросила:
– Что такое трипта, Зора?
– Дрессированная ядовитая змея, – ответила она, ласково гладя меня по голове.
***
Змея мне приснилась.
Я понятия не имела, как должна выглядеть трипта, поэтому в моих кровожадных грёзах она была гигантским удавом, не оставлявшим Левису ни малейшего шанса на спасение.
Проснулась я от резкого испуга в холодном поту, но вовсе не из-за громадной анаконды. Просто проклятый инспектор, обёрнутый в смертоносные кольца, в последний момент сделал пасс протиснутой сквозь плотные витки рукой…
За окнами уже посерело. Я потихоньку выбралась из постели, скользнула за дверь и отправилась в свои покои. Под боком у Зоры удалось выспаться куда лучше, чем в предыдущую ночь в обнимку с мокрой от слёз подушкой, поэтому я не рискнула подремать ещё – нельзя было пропустить раннюю прогулку со Скифом. Но Зору я всё равно невольно разбудила, это стало понятно, когда через четверть часа она присоединилась ко мне.
До прихода Тии мы разобрали ещё немного вещей, а завтрак несгибаемая старушка велела подавать в столовой. Она не собиралась доставлять Левису удовольствия, прячась по углам, о чём громко объявила, отдавая распоряжения насчёт меню. Я надеялась, что за столом мы будем вдвоём, но наш тюремщик тоже явился портить аппетит, с которым дела и без него обстояли неважно. Я уже видела в зеркале не только тёмные круги под глазами и нездоровый цвет лица, но и заострившиеся скулы, впалые щёки.
– Будьте любезны олиса выпустить на прогулку в сад, – потребовал Левис, от раздражения даже не поздоровавшись, и сел с торца напротив Зоры, которая совершенно точно заняла его собственное место.
– С чего бы? – ледяным светским тоном изумилась она в ответ. – Разумеется, Элис сама станет гулять со своим питомцем.
– Накануне зверь прекрасно справился без сопровождения. Он выходил в сад, мне доложили. Пусть продолжает в этом духе либо убирается восвояси. Я брал опеку над дамой, – Левис ударил Зору тяжёлым взглядом, – а не над толпой из прислуги, компаньонов и животных. В ближайшие дни я решу, что с этим делать, но до той поры ведите себя пристойно, как полагается в гостях. Вам не удастся превратить мой дом в балаган.
Инспектор скривился и зыркнул на арависов, которые весело щебетали, перепархивая от меня к Зоре. Скиф тоже был с нами – путался в моём подоле и уплетал бекон, поставляемый под стол моей рукой – но он благоразумно предпочёл перейти в невидимое состояние ещё при виде паучьего слуги, когда мы только спускались вниз.
– Почему не удастся? Мне уже удалось, вот ты и бесишься. И далее тоже будет по-моему. А посмеешь отдать мне ещё хоть одно распоряжение – запущу в тебя сахарницей.
Зора невозмутимо придвинула эту самую сахарницу, взвесила её в руке, удовлетворённо кивнула, вернулась к своему тосту и спокойно продолжила:
– Обиженного опекуна будешь строить перед кем-нибудь другим. Если тебя что-то не устраивает, Тиф, мы с удовольствием съедем из этой унылой дыры уже сегодня. Возле дома теперь всегда находится экипаж Валей и слуга, ты только намекни, что устал от своей миссии. А пока усвой – ты не в праве распоряжаться свободным временем Элис.
– Зато вправе знать, где она и чем занята, поскольку за неё отвечаю, не так ли?
– Не сомневаюсь, что ты ревностно следишь за каждым шагом и словом моей девочки, с этого ракурса ты идеальный опекун. Вот и за пределами дома поспевай, – отрезала Зора.
Левис позеленел, а я вздрогнула и встала из-за стола. Инспектор тоже было поднялся, но Зора снова положила руку на пузатую грузную сахарницу… Он остался за столом, но позеленел ещё сильнее. И впрямь двуногий крокодил!
На улицу я отправилась сразу из столовой, борясь с волнением и ознобом. Мой мучитель знал, что прогулка именно сегодня в восемь важна! Зора тоже. Что же мне предстоит, если она недвусмысленно намекнула Левису, что слежка ни к чему не приведёт?
А предстояла мне… гонка. И речи не было о том, чтобы осмотреться в новом месте – я едва поспевала за олисом и скоро уже совсем не представляла, как буду возвращаться! Мы быстро преодолели марафонское расстояние, продвигаясь из тихого респектабельного жилого квартала куда-то в сторону центра города.
Периодически мигая, чтобы обозначить для меня направление, Скиф шустро, по-деловому пересёк улицу, на которой располагался особняк инспектора, нырнул в переулки, прошмыгнул по ним не меньше квартала и привёл меня на бесконечные зелёные бульвары. Там он стал вдруг видимым и пошёл по-прежнему быстро, но рядом, лишь иногда забегая вперёд и оборачиваясь, словно поторапливая.
