И как тут откажешь? Милый старик, никак не раздражающий, даже забавный. Актер! Двойник Сальери! Парик, седые кудряшки, синий бант на затылке! Забавно, да. Чего только не откроется в путешествии! Ну что, рискнем еще?..
Выйдя из музейных комнат, оказались в коридоре, за ним – на маленькой узкой лестнице, по которой поднялись в комнату с открытой лоджией, откуда хорошо просматривалась довольно широкая река внизу и за ней часть городка.
– Да, это наша река Адидже, хотя по-немецки – Эчь. Так говорят наши исторические соседи австрийцы – Эчь. Начинается в Альпах, а впадает в Адриатическое море. На ней, выше по течению, Верона. Кстати, в Вероне на Адидже – известные достопримечательности: замок Кастельвеккио, мост Скалигеров, мост Понте Пьетра. Знаете, что это такое?
– Не знаю, но сегодня вечером окажусь там и посмотрю, выясню.
– Чудесно. Тогда не буду надоедать подробностями. Садитесь, сейчас будет кофе, хороший кофе, уверяю вас.
Старик вышел куда-то, а Петр расслабленно плюхнулся в плетеное кресло в лоджии. Ему стало совсем хорошо. Всё складывалось интересно. Интересной была вчерашняя Венеция, интересной и красивой дорога в Верону, хотя где-то на полпути он задремал и многого не увидел. Ну да не беда, увидит на обратном пути. А здесь – этот неожиданный старик, актер, играющий Сальери, этот музей, портреты, клавесин, музыка. Можно ли было ожидать подобного? Да уж! Хорошо, интересно, и даже уходить отсюда не очень-то тянет. Ну, еще полчасика за кофе со знатоком старины, патриотом Леньяго и поклонником Сальери, пусть всё это почти театр, театр, не исключено, с элементами стариковской навязчивости и фантазий, однако ж где еще такое встретишь?
– Пейте, сударь, вот ваш кофе. – Старик уселся в кресло рядом. Петр отхлебнул, и, поскольку совсем расслабился, тут его черт дернул:
– А скажите, синьор Антонио, если так… если почти двести лет существовала легенда, то, может, неспроста? Как известно, легенды на пустом месте не рождаются. Или, как говорят в России, нет дыма без огня. Э, я вас не обидел? Мне просто любопытно, откуда и как всё это взялось. Такой устойчивый миф, такой афронт, можно сказать, афронт всего интеллектуального человечества: Сальери – отравитель. Ну да, Моцарт – гений, а Сальери – злодей. Это как, откуда?
Кажется, опять пронесло: синьор Антонио отнесся к вызову вполне спокойно, даже с пониманием. Только покивал и вдруг улыбнулся. Видать, привык к подобному вопросу и не раз отвечал на него. Молодец, в общем. Петр с облегчением вздохнул, даже не став ругать себя за то, что мог обидеть человека.
– Значит, все-таки маленькая лекция? – И раздался ехидный смешок. – Извольте, синьор Пьетро. Итак, итак… Будто бы Сальери завидовал Моцарту. Ха-ха, это кто кому завидовал? У Сальери, в отличие от вечно нуждавшегося Моцарта, блестящая карьера, достаток. Так? Так! Но дело не только в этом. Например, Глюк, царствовавший тогда в музыкальной Вене, ценил Сальери как оперного композитора выше Моцарта. Вот так-то! Еще: Сальери был прекрасным педагогом и мало того что учил, но еще и кое-что делал для своих учеников, помогал им, в том числе материально, а с иных, из несостоятельных семей, и вовсе не брал плату. Например, пятнадцатилетний Шуберт. Он обязан Сальери очень многим, почти всем. Бесплатные уроки, которые маэстро давал безвестному тогда мальчишке!.. А Бетховен? Почитайте, что Бетховен писал о Сальери! Бетховен был одним из его учеников, и эти уроки, которые ему дал Сальери, помнил всю жизнь. Да, маэстро бывал вспыльчивым, ибо итальянец по крови, но быстро отходил, и все отмечали его доброту, доброжелательность и отсутствие зависти к собратьям по цеху. Ну, и многое другое, характеризующее его сугубо положительно. Вот уж странный завистник и отравитель, не правда ли? Чушь! Это Моцарт мог бы ему завидовать, Моцарт!
Далее. В Вене то время существовал слух, что будто бы на премьере «Дон Жуана» раздосадованный музыкой Моцарта Сальери освистал ее. Однако это опять же полная чушь: Сальери не присутствовал на первых представлениях оперы – ни на премьерном в Праге, ни затем в Вене. Да и вообще такое поведение в театре первого императорского капельмейстера просто немыслимо! В театре? Императорский капельмейстер? Освистать? В присутствии высочайших особ? Трижды ха-ха!
И еще деталь: за полгода до смерти Моцарта, в апреле 1991 года, в Вене исполнялась его, Моцарта, симфония, и дирижировал ею – кто? Сальери! Причем дирижировал блестяще, а ведь мог бы и вовсе отказаться. Симфония имела огромный успех. Ничего себе дирижер-завистник!
Ладно, это ясно. Ясно, что налицо бред. А теперь по делу.
