— Что я хочу сказать вам в итоге, уважаемые студенты, — сказала Айлинн строго. — Скоро экзамен, и каждому на экзамене придётся выполнить своё задание самостоятельно. И если вы не дадите себе труда выучить теорию — то и с практикой будет ровно так же, как у нас с вами сегодня. В вашем учебном плане нет ничего лишнего, поверьте. И уж тем более ничего лишнего нет в ваших специальных предметах. Более того, их будет больше с каждым новым семестром. И если вы в самом деле желаете не просто получить документ об образовании, но и работать по специальности — извольте учить.
— А мы думали, артефакторика — это руками, — протянул Артур.
— И руками тоже. Но если вы не будете знать, к чему те руки приложить, то ничего и не сможете, — покачала головой Айлинн.
Когда-то в самом начале профессор Сансет говорил им, первокурсникам, примерно то же самое. И сначала тоже не все верили. Правда, потом всё же втянулись. А эти не втянулись. Потому что их сразу не взяли в ежовые рукавицы? Или просто посмотрели на Тейблтона и поняли, что можно не напрягаться, так проживут?
После пары она рассказала обо всём случившемся Эвану Берри.
— Скажи, что они делают у тебя на лекциях?
— Слушают, — пожал тот плечами. — Преимущественно. Если я предлагаю какую-то работу — выполняют. Если спрашиваю — отвечают. Почти все. И нет, я не знаю, как Кэти Торнхилл умудряется сделать так, чтобы её слушал весь поток, я так не сумею, — вздохнул он. — Наверное, менталистов этому специально учат.
Может, и учат, Айлинн в то не вдавалась никогда.
— В общем, надо что-то делать, чтобы они учили то, чего пока не знают, но должны. Это если у нас будет всё хорошо, то Тейблтон придёт и скажет, что он так и знал. А если у нас из-за него будет плохо, то выставить его виноватым, я думаю, не удастся.
— Ты права, — уныло вздохнул Эван. — Буду стращать, пускай учат.
— И я буду. И на оставшихся занятиях мы будем отрабатывать те темы, с которыми у них сложности, пускай сами понимают, что нужно подтянуть теорию.
На том и сошлись. И хоть профессор Сансет ощутимо за них, в целом Айлинн было неспокойно.
Ирвин неделю принимал отчёты от Сазерленда и от Джима, и от них обоих вместе, и по-прежнему не мог понять, что такое происходит с папенькой и в чём причина происходящего. И очень хорошо, что Айлинн была вся по макушку в своих студентах, их экзаменах и экзаменах кафедры нестандартных боевых взаимодействий, и не задавала лишних вопросов. Рассказать-то ей пока всё равно нечего, только если о бесплодных попытках выяснить, в чём дело. А с ней лучше уж говорить о более приятных вещах.
Сазерленд успел познакомиться с папенькой — на приёме в Бакстон-холле, и это оказалось отлично, не нужно предпринимать никаких дополнительных действий. Он сначала сам подобрался к нему теневой стороной мира и немного понаблюдал, но ничего особенного не увидел. А после, как Ирвин понял, оставил за себя свою жабу, и тот наблюдал и докладывал. Только вот ничего особенного не увидел. Никаких враждебных магов, засевших в тенях, и готовящих нападение.
Ирвин совершенно не мог поверить в сказанное и некоторое время пытался колупать Сазерленда. Как-то раз они даже пили вечером в Снобе, с ним и с Джимом, и позвали Джонатана послушать на свежую голову, но так ни до чего особенного и не договорились. И даже пошли допивать к Ирвину домой.
Джонатана восхитил Донг-Донг, и он согласился, что зверя нужно познакомить с Дафной, сестрёнка будет в восторге.
— И что же, этот мелкий зверь способен наблюдать за кем-нибудь из теней? — интересовался Джонатан.
— Способен, — кивнул Сазерленд.
— А дальше? Что он будет делать, если вдруг увидит врага?
— Сообщит мне, он умеет. Я мгновенно окажусь там и тоже увижу врага.
— И выходит, он ни разу не увидел, — Ирвин уже привычным жестом почесал изумрудно-синюю башку.
— Нет. Ему было сказано сообщать о любом человеке в тенях возле вашего отца, но — не было.
— А что сам папенька? — спросил Ирвин у брата.
— Да как будто поспокойнее стал, — вздохнул тот. — Может быть, и вправду всё решил? Если что, он вообще-то умеет решать проблемы.
— Да кто бы спорил, а мы не будем, — согласился Ирвин. — Но вот узнать бы что-нибудь, что успокоило бы лично меня.
Джим всё это время кормил Донг-Донга с ладони чем-то, Ирвин не понял, чем. И помалкивал.
— А ты чего молчишь? — Ирвин хмуро взглянул на Джима.
— А я ловил обрывки слухов о том, что лорд Бакстон не справляется с обязанностями главы его партии, потому что не слишком молод и не слишком здоров, — он взглянул на Ирвина в упор. — И ты сам можешь судить, сколько правды в тех слухах.
— Да ерунда всё это, — Ирвин был совершенно не согласен. — И старше него, бывает, заседают в парламенте и вообще чего только не делают.
— А ещё удалось добыть вот это, — Джим достал из рюкзака артефакт — небольшой шарик, похожий на хрустальный.
