ЕВГ. ИВАНОВ
ДВА ШАГА
РИСУНКИ В. ЗАМИРАЙЛО
ГОСУДАРСТВЕННОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО МОСКВА 1927 ЛЕНИНГРАД
1.
Вы знаете, что на Петроградской стороне, у Тучкова моста живет капитан Гарри Бродан?
Думаете, что это какой-нибудь такой рослый моряк, "морской волк", с обугленным от загара лицом?
Нет, это просто мальчик Ганя.
Сейчас он болен -- в кровать мать уложила, -- но и в постели на нем капитанская кепка, в руках компас; совсем капитан Гарри Бродан.
-- Пошел все на ванты! Руль на ветер! Так держать!-- скомандует Ганя: это капитан Гарри в страшную бурю выводит свое судно из целого леса подводных рифов.
Для Гарри препятствий нет. Чем страшнее, тем лучше. Раз! два! -- и вот она, Бразилия. Рукой подать!
Жаль, не дотянуться: далеко на стол поставлен глобус.
-- Да не раскрывайся же так -- хуже простудишься! И на что ты похож, Ганя: лежишь, а сам в кепке. Вот ты все возишься, увидишь, что тебе доктор скажет.
-- Ложись в дрейф!-- командует Ганя. А доктор уже на пороге.
-- Здравствуйте, отважный капитан! У вас на море, кажется, буря сегодня?
-- Все время так вот прыгает, не лежит спокойно,-- жалуется мать, -- право, не знаю, что и делать. Вы б, доктор...
-- Как ваше имя, капитан? А -- Гарри! Очень, очень рад с вами познакомиться. Я известный морской врач. Законы нашей страны повелевают всем проезжим морякам лечиться у меня; бросайте якорь, капитан.
-- Доктор, скажите вы маме, что я совсем здоров и мне все можно. На лодке, например.
-- Ну, это мы посмотрим, -- смеется доктор, снимая с Гани кепку и щупая лоб:-- что ж... Жара у нас нет, пульс хороший. В легких... все превосходно. А ну, горло? скажите: "а", еще "а". Так-с. Сегодня мы совсем молодцом. Можно сниматься с якоря. Завтра же долой с постели, на вольный воздух!
-- Доктор, -- испугалась мать, -- да он же болен; у него жар!
-- Да никакого жару. Такому молодцу не в постели лежать, а бегать, грести, на голове ходить. Завтра же в открытое море!
-- Вира якорь! -- весело крикнул Ганя, вскочив с постели, и, прежде чем вернулась, проводив доктора, мать, -- он был уже одет с кепи до сапог.
-- Нет, нет, уж только не сегодня,-- решительно запретила мать. -- Сейчас же снимать все и ложиться в постель! Сейчас же, слышишь, а то и завтра не выпущу с постели. И на доктора не посмотрю!
-- Но, мама!..
-- Сейчас же ложись -- и спать без разговоров, -- сказала мать и хлопнула дверью.
-- С какой стати!-- взбунтовался Ганя, -- скажите, пожалуйста. Поневоле удерешь из дому. На Неве сколько угодно пароходов. Залезу в трюм, когда матросы спать пойдут, и уеду в Африку, в Австралию, в Бразилию. Ваньку с собой позову, -- он парень дельный, -- Митьку, Андрюшку. Вылезем из трюма на палубу -- стой! ни с места! Сдавайся или за борт! Живо завладеем кораблем и повернем, куда хотим. Право на борт, -- курс на Бразилию.
Капитан и в самом деле повернулся на правый бок. Не заметил, как заснул.
Снилось ему, что он стоит на капитанском мостике, а пароход плывет по двору мимо дров.
-- Отворяй ворота, товарищ Беккер!-- кричит он управдому.
-- Осторожнее,-- отвечает управдом,-- вы переехали мою собаку!
Смотрит Ганя, это не собака, а акула. Рот раскрыла и лает из воды.
2.
На другой день Ганя стоял посреди двора. В руке компас.
-- Это что?-- спрашивает его Ванька,-- часы такие?
-- Ча-сы!-- передразнивает его Ганя.-- Это такие часы, что показывают, где какая сторона.
-- Где Петроградская, где Выборгская? Это я и без твоих часов скажу. Дурацкие часы!
-- Сам ты дурак! Скажи-ка, где Бразилия, не знаешь, небось? Вон Бразилия!
Ганя указал пальцем на юго-запад.
Ванька глянул туда. На дворе там была помойная яма.
Ваньке смешно стало. Он сорвал с Гани кепку и швырнул в помойку.
-- Поехала в Бразилию к отцу Василию!
Ганя обиделся и не спеша достал кепку. Однако не заплакал. На него смотрели мальчишки -- и Андрюшка и Митька.
-- А ну, каки часы? -- пристали мальчишки.
-- Ребята, -- крикнул их Ванька, -- бросьте его, пули льет. Пошли в Петровский галок бить. Вона рогатка-то!
И вынул из кармана рогатку на железном рогаче, резина в палец, кожа -- хром.
Андрюшка и Митька к нему.
А Ганя и ухом не ведет. Вынул из кармана другие часы на кожаном ремешке и стал серьезно привязывать их на ногу на самую щиколотку.
Ребята остановились, скосились на Ганю. Чего еще выдумал? А Ганя отошел в угол двора и зашагал к воротам солдатским шагом.
-- Эх ты, шут гороховый, -- крикнул Ванька, -- часы на ногу надел! Ты сапог на голову напяль.
Ганя ничего не ответил. Дошел до ворот, загнул ногу и посмотрел на циферблат.
-- Шестнадцать! -- сказал он громко.-- Проверим!
И он зашагал обратно, считая на весь двор:
-- Раз -- два -- четыре -- восемь -- двенадцать!
Андрюшка с Митькой не выдержали и подошли. А Ванька стоит в воротах, резинкой по коленке щелкает.
Смеется: -- Брось! Пуля!
А Ганя, без внимания, шагает опять к воротам, считает:
-- Восемнадцать, девятнадцать.
Андрюшка и Митька за ним следом ходят. Разобрало их -- всё на ногу, на браслет смотрят.
Ганя остановился.
-- Тридцать два шага по диагонали!-- сказал он.
-- Дай надеть!-- попросил Андрюшка
-- А потом мне на раз, -- сказал Митька.
