И так, к одиннадцати мы успели украсить полностью первый этаж и немного второй. Особенно нападению Нового года была подвержена ёлка, лестница и спальни, остальное – по настроению и возможности.
Последним, завершающим штрихом стало лишь повесить новые занавески, а старые снять, с чем я всегда легко справлялась, но тут… Как только встала на лестницу, почувствовала головокружение, однако ничего не сказала. Я ж не слабачка какая-нибудь.
Мэт в этот момент вместе с Аристом пошёл курить, так что я была совершенно одна. Почти полностью сняв занавеску, почувствовала, как лестница качнулась, услышала, как она скрипнула, но не придала этим мелочам значения, пока не поняла, что теряю опору под ногами и лечу вниз. В панике цеплялась за штору, лишь бы удержаться, и всё равно упала.
Зажмурив глаза, ждала жуткого падения с ушибами и даже переломом.
И… практически мягко приземлилась в руки обоих мужчин. Арист быстро и ловко перебросил меня в свои крепкие объятия, пока Мэта охватывала паника.
– Всё нормально? – Засуетившись, спросил блондин. – Не ушиблась?
– Не-а. Спасибо.
Скомкавшись и вжавшись в шею смугловатого мужчины, я хотела оказаться к нему и ближе, и роднее. Мне безумно не хватало сейчас поддержки, ведь я ехала сюда, чтобы поговорить с мамой, побыть с ней, а оказалось, что она на отдыхе, и мне придётся провести эти дни с братьями.
Я не против этого знакомства, конечно, но кажется, испугавшись этого падения, чувствую, что стала слабее и восприимчивее к своим же мыслям. Сглотнув ком в горло, обвила руками Ариста.
Брюнет слабо кивнул Мэту, и последний тихо удалился.
Мы всё ещё стояли под карнизом, на который я иногда поглядывала. Братец мягко поглаживал меня по спине, пока на глаза просились слёзы.
– Испугалась, маленькая? – Шептал он тихо, скользя щетиной по моему лицу. – Ну чш-ш, не волнуйся. Такие большие дяди ушли, оставили тебя одну разбираться со всем, какие негодяи, да?
Я осторожно кивнула, а потом опомнилась и, дёрнувшись, отодвинулась:
– Я не то имела в виду.
Мужчина засмеялся:
– Да не парься, это нормально. Я ничем же не помогал, так что про себя говорю.
Я смотрела на его светящееся улыбкой лицо. В потемневших глазах горели блики от ламп, на тонких губах играла расслабленная, естественная улыбка, от которой невозможно было не заулыбаться в ответ.
Он был так близко ко мне, что тело начинало гореть пламенем, когда его дыхание обдавало жаром. Сейчас я ощущала себя крохой по сравнению с ним, таким взрослым и большим.
Я вновь подняла взгляд на карниз, который вдруг пошатнулся и резко рухнул вниз. В удивлении уставившись на эту картину, не успела предупредить даже визгом, как на нас рухнула вся конструкция, вместе со шторой.
Как бы мужчина не старался устоять, его приложило палкой по голове и сверху накрыло занавеской. Мы оба рухнули на пол.
Я лежала спиной на полу и бегло осматривала темноту. Нас хорошенько завалило тяжёлой и пыльной тканью. Брюнет нависал сверху, но проблесков света не было. В прочем, из-за удара он, наверное, ещё не осознал, что произошло.
– Ты как? – Тихо спросила, пытаясь выбраться из-под мужского тела и нашла себя вжатой в пол.
Он вдруг прижался бёдрами к низу моего живота, и я сама аккуратно обхватила его ногами, скрестив их на его пояснице. Притянув его к себе до конца, позволила уткнуться в своё плечо и вновь спросила:
– Очень больно?
– Нормально. – Прохрипел он, очнувшись, и чуть шевельнулся, тем самым сделав поступательное движение возле моей киски.
Поглаживая волосы на затылке, я чмокнула его в ушко:
– Сейчас пройдёт, не бойся.
– Угу.
Аристарх вдруг с силой скинул с нас ткань и перекатился вместе со мной, удобно усадив меня на свой пах и вновь притянул ближе.
– Побудь так немного. И уберём это всё. Сейчас я… Совсем чуть-чуть. – Шепнул он, и я без вопросов согласилась и прильнула щекой к его груди.
Он оказался совсем тёплым, даже разгорячённым. В клетке рёбер ритмично ходило сердце, постепенно ускоряя ритм. Я поглаживала Ариста по футболке, когда вдруг осознала, что мы оба жмёмся к друг другу так, словно соскучились.
Глубокий вдох и выдох. Мощная грудь поднялась и опустилась, когда его руки от моей спины перешли на попу. Казалось, это было самым обычным жестом. У меня не возникало и мысли возмутиться, но я замерла так, словно меня поймали в капкан.
Гулкое сердцебиение заглушало все звуки вокруг. Самый важный орган гонял бурлящую кровь по венам, когда я не могла отлипнуть от мужчины. Его спокойные поглаживания не усыпляли меня и даже не успокаивали.
Они возбуждали.
И за это мне было стыдно.
Моментами я неосознанно тёрлась о его пах, чувствуя жар, расходящийся по всему телу. Мне хотелось оседлать брюнета и, смотря в его тёмные глаза, двигаться на нём.
Раньше таких желаний в моей голове никогда не возникало, и теперь я не могла поверить в то, что так бесстыдно думаю о жутко порочных вещах.
Брат вдруг чмокнул в макушку, прижав к себе ещё сильнее.
Так, что я почувствовала каждой частичкой своей девочки, как твердеет и полыхает его орган.
Внутри всё сжалось от нетерпения, смятения и желания.
