—Нет, — хмыкает она. — О том, что по одной из теорий вероятности, жизнь не более, чем фантазия чокнутой писаки, в данном случае тебя, — холодно отвечает она. В голосе сквозит лишь равнодушие холодным ветром в подземельях. Ни грани эмоций, ни на каменном лице, ни в пустых черных глазах, лишившихся зрачков за долю секунды. Играй она в покер, сорвала бы нереальный банк на блефе. — Скажи правду, как давно ты перестала пить таблетки, как давно размылись грани реальности?
— Ты пугаешь меня, Лиана, — жестко говорю я, чувствуя, как в голосе появляются стальные нотки, а губы невольно растягиваются в презрительной усмешке. — Я пью их каждый день, Макси жестко следит за этим…
—Что ж, я попыталась… Дело твое… — сухо говорит она, вновь утыкаясь в безграничный простор виртуальной жизни. Выбрасываю в окно сигарету, не заботясь об эстетической красоте лужайки, в один прыжок оказываюсь рядом с ней, упираясь руками в подлокотник дивана. Резким молниеносным движением, вырвав из ее пальцев телефон, злобно прошипела, поражаясь собственному голосу.
— Если это шутка, Лиана, то жестокая и не смешная! — протягиваю я, нависнув коршуном над добычей.
— На твоем месте, я бы села и успокоилась, переключившись на слух, — спокойно отвечает она. — У меня не будет второго шанса рассказать тебе. — видя мое замешательство добавляет. — Поторопись, скоро они вернутся, — секунда промедления, и вот я уже сижу напротив подруги, раскинувшись на холодном кожаном диване, буравя ее в ответ взглядом ледяных глаз.
— Слушаю, — коротко говорю я, скрестив руки и ноги.
— Ты не ответила на вопрос. Так как долго? — спрашивает она, вернув глазам нормальное состояние.
— Допустим, сегодня пятый день, — коротко говорю я, непроизвольно закатив глаза на мгновение. Еще не начавшийся разговор обещает быть тяжелым, и как назло, Голос упорно молчит в тот момент, когда больше всего нуждаюсь в его поддержке.
— И какими ты видишь нас? Во что мы превратились? — немного опешиваю от такого поворота событий, но честно отвечаю.
— Всего лишь зловонная куча костей… Тебе не кается, что вопросы должна задавать я — обиженно спрашиваю.
— И в них не будет смысла! — сухо усмехается Лиана. — Реально ли это? — криво передразнивает она мои интонации. — Ответ и да, и нет. Не обижайся, нет желания тратить время на пустую болтовню. Перейду сразу к делу.
— Лиана, а ты не перегибаешь палку? — начинаю сердиться я на не свойственный подруге жесткий тон.
— Найди в башке кнопку речевого аппарата и отключи на несколько минут. Прости, но по-другому с тобой нельзя, — коротко улыбаясь, говорит она, и на мгновение вернулась прежняя Лиана, заведя один из самых длинных в жизни монологов. — Дикая птица погибнет даже в золотой клетке, зачахнет сорванным цветком. Бороться против природы все равно, что пытаться удержать ветер. Я говорила им, Эл и Грегу, что так не может длиться вечно… Теперь вижу, что время действительно пришло. — она выдерживает долгую гнетущую паузу, после чего продолжает. — Налана, послушай очень внимательно и постарайся усвоить с первого раза, не могу разжевывать за тебя истину, так как на это нет времени. Фабрика Душ не была галлюцинацией, сном или ожившей фантазией. Ты плутаешь в ее лабиринтах очень долго, бродишь загнанным зверем из угла в угол. Я не настолько высокого уровня, чтобы объяснить механизмы ее работы, говорю только то, что знаю. Ты заперта в прочной клетке, но сейчас, совсем скоро, дверь откроется. Не пропусти ее.
— Ты знаешь о Фабрике? — невольно спрашиваю я, чувствуя, как глупо звучит вопрос с учетом того, что я сама рассказывала о ней в красках меньше недели назад.
— Мы все ее дети, только ты скатилась с Олимпа, а мы поднялись из недр, оттуда, где плетками стегает огонь, — скупо улыбаясь, говорит Лиана. — Эльвира права, каждый находится на своем месте, можно сказать, это плата за грехи… Этот мир твоя персональная клетка, в то время как ты- дикий зверь, жаждущий крови, смертельно опасный. Голос прав во всем, слушайся его, — в воздухе повисает напряженная пауза густым удушающим дымом, стелясь беспросветным болотным туманом. Напряжение замирает внизу живота обжигающим твердым комком, давя на мочевой пузырь. С трудом перебарываю естественное желание, задавая первый пришедший в голову вопрос.
— Почему ты говоришь это мне, если я зверь в клетке? — лучшего придумать не смогла.
— Каждый достоин второго шанса, и ты в том числе, настоящей жизни, а не ее жалкой пародии, созданной из воспоминаний. — сухо говорит она, отводя взгляд. — Опережая твой вопрос и бурю эмоций скажу, когда-то была Война Богов, после которой ты попала сюда, не победив и не проиграв. Не задавай вопросов, не смогу ответить.… Итак рассказала слишком много.
— Почему я попала сюда? — спрашиваю убитым голосом человека, которому нечего терять. Не каждый день привычный мир рушится в один момент. Если раньше сохранялись слабые надежды на игры разума, то сейчас они растаяли неуловимым дымом.
— Они боятся. Тебя, — говорит Лиана, закуривая сигарету, наблюдая немигающим взглядом, как плотный дым медленно поднимается к потолку.
