— Я хотела тебя поблагодарить за вчерашнее, — заговорила Кисту, неожиданно поддавшись вперед и взяв меня за правую руку своими ладошками. — Ты меня спас, буквально вырвал из лап незавидной участи. Не буду скрывать, я знала об этих… о существовании тсукимоно, и о том что они могут за нами охотиться. Но дело в том, что мы их не встречали уже очень и очень много лет… Я никак не ожидала их здесь увидеть. Тем более, что их привел старший сын ближайшего клана-союзника Сирогане. В голове не укладывается. И я хотела бы спросить: как ты узнал? Как ты понял, что Гэнто Кентаичи — тсукимоно? И откуда знаешь о «лисьем дурмане»? Здесь, в этом… — она запнулась и перефразировала: — здесь у вас никто не знает этого вещества, а компоненты его так редки — их даже у нас в специальных лавках не купишь. А ты как-то понял… как ты узнал обо всем этом?
Повисла неловкая тишина, пока я наконец не собрался с духом и осторожно не ответил:
— Границы, Китсу. Мы с тобойэто оговаривали…Я не могу сказать. Даю слово, что я с этим всем не связан, и узнал случайно. Вивьен прокололась, вызвала подозрения. Дальше- как-то самополучилось…
Сереброволоска пронзила меня пристальным взглядом, и отвела глазки.
— Хорошо, не овечай. Мне достаточно того, что ты помог, рискуя жизнью. Он мог тебя просто убить, или… или еще хуже.
Я помедлил, говорить ли такое, но все же неохотно выдал:
— Не мог, как оказалось. У меня, как бы это сказать… предохранитель сработал.
Девушки уставились на меня большими красивыми глазенками, но я только покачал головой.
— Границы, Китсу сан…
— Не нужно так официально вне дома или важных мероприятий. А то чувствую себя престарелой матроной.
Аки хихикнула в кулачок, а я помимо своей воли вдруг выдал:
— Не знаю, как ты сейчас себя чувствуешь, но вчера ты выглядела сногсшибательно, обворожительная юная фея…
Я замолчал, потому что, Аки растянула губки в улыбке, а Китсу нахмурилась, уперев руки в бока:
— Что значит — не знаешь как сейчас? Ты же меня прямо сейчас видишь! Скажешь, я не выгляжу красиво и обворожительно? Только вчера выглядела?
Личико ее выглядело сердито, бровки сдвинуты. Ни дать не взять грозка ( в смысле маленькая гроза) готовится метать громы и молнии из миниатюрных облачков.
— Прости, я не это хотел сказать…
— А что ты хотел сказать?
— Ну, я просто неудачно пошутил… ну то есть…
— Что значит пошутил? Значит, вчера я не выглядела сногсшибательно, это твоя глупая шутка?
— Да нет же!
— Так да или нет! Какой ответ правильный?
Аки уже не выдерживала, и вовсю тоненько хихикала, прикрыв рот ладошкой, а я сидел с покрасневшим фейсом и не знал куда себя деть…
Вскоре мы уже подъезжали к парковке университета. Танака выпустил нас из авто, коротко поклонился, и я вернул ему поклон, чем заслужил едва заметную улыбку. Ну не могу я, когда взрослый крутой дядька пусть даже слегка обозначает знак уважения — стоять столбом.
— Ярю… то есть, Ярик. Прости, Аки мне объяснила, что твое имя правильно произносится не так, но у меня вошло в привычку. В общем, мы ненадолго расстанемся, нужно уладить кое-какие формальности. Ты можешь пока идти к своей группе, если что — созвонимся. Можешь писать в любой момент, если что понадобится. И пожалуйста, отвечай мне сразу, если напишу я. Тут вроде бы безопасно, но вдруг снова что-то… — она умолкла, прикусив губку, потом осторожно дополнила: — После вчерашнего, когда пелена от дурмана спала, мне стало очень страшно. Но, как вспомню как ты справился с этим… мне теперь спокойней, если ты рядом…
Я только открыл рот, чтобы ответить — девушка тонким пальчиком подняла мою челюсть, заставив умолкнуть.
— Просто не говори ничего. Давай, иди, скоро увидимся.
Она подмигнула и вместе с Аки направились куда-то в административный корпус, а я по привычке развернулся в сторону деканата. Прошел несколько шагов, обойдя стоявшего неподалеку парня, и услышал со спины оклик знакомым голосом:
— Ярик?
Я обернулся, узнав стоящего напротив с полуоткрытым ртом Дениса, который изобразил сильное удивление, одновременно протягивая руку, которую я автоматически пожал.
— Ты откуда? Ты не ночевал дома сегодня? И… это…
Глаза Дениса пробежались по мне сверху вниз, брови нахмурились. Странное поведение… Что это с ним?
— Дэн, у тебя все в порядке? Что с тобой?
— Что со мной? Все ли в порядке? Да я мать твою в аху….
— С чего вдруг? Что-то случилось?
Денис молчал, пристально разглядывая меня с ног до головы, вскинув брови почти к макушке.
— Да как тебе сказать… это что на тебе Taccioni?
— Чего? — не понял я, онглядывая свою одежду в поисках грязи или пятен. — Что не так?
— Шмотки, в которые ты одет… ты знаешь, сколько это стоит?
— Эм… — я подвис, допетрив, и соображая что бы ответить. — Если честно, это… не мои. Так, одолжил, попылить перед девчонками…
Дэн посмотрел на меня как на алигофрена, который пытается рассказать профессору как пожарить лед на сковородке.
