Во первых, осталось 28 дней, и я утрачу контроль над своим телом окончательно и бесповоротно. Два из трех желаний я уже бездарно истратил, и от пропасти отделяет третье, последнее. Причем, демонесса пока еще не заподозрила, что я собираюсь придумать способ сохранить свое тело и свою жизнь. Ну, точнее она уверена, что способа нет. Но в моем понимании — самый реалистичный вариант — это загадать желание, соответствующее договору, которое демонесса исполнить не сможет. Или заставить ее ошибиться, нарушить договор, чтобы его аннулировать. Пока, к сожалению, я не сильно в этом преуспел, но мое второе желание должно помочь с этим. По крайней мере — сильно повысило шансы. Признаться, я втайне надеялся, что Малисса дала с ним маху, и это будет поводом расторгнуть договор. Либо, если оно и правда сработало — я смогу поумнеть настолько, чтобы ее перехитрить. Даже вынудить дать мне больше времени, скажем на года два или три — а там уж возможно что-то подвернется…
Второе — это проблема дома Лусиано, и трупов там. Рано или поздно кто-нибудь туда наведается, и тогда… Признаться я долго ломал голову, как поступить. Идея оставить как есть была явно глупой — когда трупы обнаружат, снимут отпечатки… да, я итак бывал там часто, и насчет отпечатков смогу отбрехаться, но вот как объяснить мою кровь на полу в подвале… тут уж станет понятно, что я во всем этом участвовал. И какой вывод сделают правоохранительные органы догадаться нетрудно.
Ну и третье — это университетская мафия в лице И Су Йена, Никеаса и иже с ними. Я очень надеюсь, что когда отдам деньги и извинюсь — от меня отстанут, по крайней мере на время. И если я справлюсь с оставшимися двумя проблемами — можно будет считать меня счастливчиком…
Так за размышлениями пролетели первые четыре пары. Подхватив свои вещи, мы с Лехой Катькой и прилипшим к нам Егором — парнишкой сокурсником — направились в кафетерий.
Возле технического прохода во внутренний дворик университета стояли двое: незнакомый бритоголовый парень старше меня на пару лет, и рядом с ним — рыжий Никеас. Меня он тоже заметил, сказал что-то своему дружку, и тот тоже повернулся в мою сторону, разглядывая явно оценивающе. Я притормозил, секунду подумал и проговорил ребятам:
— Идите вперед, я вас догоню. Возьмите мне бургер и гранатовый сок, лады?
Алексей проследил мой взгляд спохватился:
— Ярик, ты что задумал?
— Все будет хорошо, не переживай. Я быстро.
И не слушая возражений направился прямо к Никеасу, который удивленно вскинул брови.
— Привет. Надо поговорить, — без предисловий начал я, подойдя вплотную, не давая им опомниться. — Лучше без свидетелей.
Никеас презрительно хмыкнул, выплюнул жвачку на пол.
— Ну давай… поговорим. — он кивнул в сторону бокового прохода и пропустил меня вперед.
Пройдя вглубь, я развернулся, доставая конверт и молча протянул рыжику.
— Насчет вчерашнего… я признаю, я повел себя неправильно, и слегка…
— Ох*ел, — вставил Никеас, сложив руки перед собой. — И не слегка, а конкретно.
— Я хотел сказать перегнул палку, — спокойно парировал я, — но твой термин тоже подойдет. В общем, хотелось бы загладить свою вину, попросить прощения и все такое… Вот. Здесь тридцать тысяч, как было сказано, — я протянул ему конверт с деньгами. — Если надо — готов при всех извиниться сказать, что был не прав и все такое…
— Нах мне это, — рыжий сплюнул, глядя в сторону входа на общую площадь. — Оставь извинения себе.
— Благодарю за понимание. Еще один момент: хотел попросить удалить то видео, которое выложили. Ну то, в классе…
Никеас кивнул на меня своему приятелю, хохоча:
— Слышал его? Он хотел попросить… ну так проси! Думаю, пятьдесят штук будет достаточно. Срок до послезавтра.
Я замолк, переваривая услышанное, и тихо выругался.
— Что-что? — приложил руку к уху рыжий, явно издеваясь. — Громче, не стесняйся.
— У меня не будет столько. Я и эти занял… Тогда ладно, не нужно. Надеюсь, разошлись краями…
— Что не нужно? — переспросил молчавший до этого бритоголовый.
— Ну видео… если цена пятьдесят штук — я столько не найду. Поэтому тогда пусть будет…
— Он не понял, — заржал тот, тыкая в меня кулаком с оттопыренным большим пальцем.
— Ага, — радостно кивнул Никеас. — Это не тебе решать, нужно или нет. Ущерб оказался куда больше, чем вчера могло показаться. Видос разлетелся и завирусился, его дохрена кто просмотрел.
Стоя на месте, я поиграл желваками, и сделал еще одну попытку выпутаться.
— Насчет репутации твоей семьи — я понимаю. Поэтому попросил помощи, чтобы с твоей семьей связались и урегулировали последствия моей… несдержанности. Думаю, сегодня ближе вечеру все должно решиться…
На этот раз Никеас почесал затылок, словно что-то припоминая, и лениво протянул:
— Да, мне дядя что-то говорил, у него был разговор с неким Градовым, и они вроде договорились об отсутствии претензий по ситуации в аудитории. Ты об этом?
Я промолчал, ожидая продолжения, которое как я уже понял — явно меня не обрадует.
