Сократив расстояние между нами до неприлично близкого, девушка медленно обошла меня по кругу, заходя за спину. Я почувствовал легкое касание кончиками пальцев. Воображение тут же дорисовывает картину, будто девушка словно невзначай цепляет меня своим бюстом, словно нарочно хочет оказаться поближе и потереться как… как… даже не знаю как кто.
— Не совсем… — ответил я, внутренне напрягаясь, хотя как по мне — беспричинно.
От нее и ее прикосновений по телу пробежали мурашки. Девушка была по-своему экзотически красива, вкусно пахла чем-то неуловимым сладковато-тропическим. Я словно кожей ощущал идущий от нее жар и бурлящий темперамент.
«Какая прелесть! Какой занятный экземпляр, — снова прокомментировала демоница. — А она та еще горячая штучка… О-хо-хо! Ну, не буду портить тебе сюрприз, наслаждайся…»
Такое поведение Малиссы было мне знакомо. Насколько я ее изучил, она всегда говорила намеками и подтруниваниями, подталкивая меня к очередной неприятности, или точнее — приятности по женской части. Правда, с Китсу получилось из рук вон паршиво. Я мысленно чертыхнулся и погрозил кулаком в темноту.
— Меня зовут Akakitsu Yue, — напомнила о себе огненно-рыжая малышка, — но для тебя… можешь называть меня просто Аки-тян, или Аки… — ее пальчик остановился на уровне моей груди, поднялся к моей шее, скользнул по подбородку, погладил мою щеку и губы. Я почувствовал себя неловко, с учетом того, что на нас уставились не только ближайшие пять пар глаз, но еще и проходящие мимо случайные свидетели этой сцены. Трое ребят из параллельного потока даже остановились поодаль и не стесняясь наблюдали. Я почувствовал себя неловко, не зная что делать и не понимая, как реагировать. Да, демоница за последние пару дней сильно прокачала мне самооценку по части девушек. Раньше о таком я мог только фантазировать в душе, когда никто не видит… Но всеравно, воспринимать как должное такое внимание к себе настолько горячих малышек — я пока не привык.
— Эм… Аки-тян, если ты не против, я хотел бы перекинуться парой слов с Сирогане…
Я неуверенно сделал шаг назад, но девушка подалась вперед всем телом, еще приблизилась и расстояние сократилось настолько, что между нами с трудом можно было протиснуть ладонь. Ее холмики едва-едва касались моей груди — на этот раз не в воображении а по-настоящему.
— Поверь, мне оч-чень приятно с тобой познакомится, Яромир Харт, — последние слова она произнесла почти шепотом и медленно облизнула алые губы, и в конце уже еле слышно на ушко: — а тебе будет еще приятнее…
Ухх. Мой пульс явно участился, и я не придумал ничего лучше, чем сглотнуть и брякнуть: «Правда?»
На что она вдруг засмеялась, пальчики, еще секунду назад касавшиеся моих губ метнулись мне за ухо, резко и больно схватили за волосы, и мое лицо с размаху припечатало к колонне ротонды.
— Разумеется нет, придурок! — зло прошипела она мне в ухо.
Первые несколько мгновений я опешил, не ожидая такого резкого перехода от столь откровенного флирта к открытой агрессии, да еще и физической, и теряясь в догадках о возможных ее причинах. Это что блять такое? За что?
Я ухватил за запястье держащую меня руку, чтобы оторвать и освободиться, но она отпустила волосы и перетекла на шею, прижимая меня к колонне словно рогатина змею. Уже чуть было не рванулся прочь, как увидел слабенький отблеск металла возле своего правого глаза.
— Это вот так ты этого слабака Никеаса прижал? — звонкий и насмешливый голос, прозвучал почти возле самого уха.
— Не совсем так, но похоже, хех, — я постарался сохранить хорошую мину, мол, окей, круто подловила, оценил. — Я тоже зря расслабился, признаю… Может теперь отпустишь?
Ответом мне был громкий и ехидный смешок. Краем глаза я видел стоящих неподалеку Яну и Виту, и неподдельное удивление на лицах этих двух сигнализировало о том, что как минимум они не участвуют в этом странном экспромте. Первым порывом было зажмуриться и пинком в живот отшвырнуть обнаглевшую девчонку к херам, но по здравой идее решил отказаться от этого. Если я попробую — покажу себя, мягко говоря, не с лучшей стороны. Ударю и добьюсь успеха — для всех останусь слабаком, бьющим девчонок. А если не достигну результата и не смогу вывернуться — будет еще хуже.
— Ты уже наигралась? — уточняю спокойным тоном, словно не стою припертый рожей к стенке, а удобно сижу в кресле наблюдая за происходящим отстраненно и со стороны. — Если да — будь любезна убери руки и сделай пару шагов назад. Не хочется тебя случайно ранить.
Еще один ехидный смешок был мне ответом. Я схватил держащую меня руку за запястье и попробовал рвануть, но рука оказалась неожиданно сильной и крепкой, не смотря на девичью тонкость и относительную худобу.
— Даже не пробуй, ящерка, сделаешь себе только хуже.
Я выругался. И что делать? Ждать пока эта стерва смилостивится и отпустит? Нет уж. Прищурился и позвал мысленно:
«Эй, демон! Помоги мне!»
Однако Малисса лишь тихонько фыркнула.
«О чем ты? Ты не в опасности. Мое вмешательство не обязательно».
