— Я очень хочу мальчика!
— Вот и умница! Поцеловал он командира и начал ласкать её стоя, поглаживая увесистую грудь с великолепными сосками, попку и спинку. Рука беззастенчиво скользнула между бархатных ножек и пальцы начали оглаживать щелку. Тело девчонки начало отзываться на ласки, теряя свою нервную закрепощенность. Он поймал её ладошку и направил к парню, который уже сделал стойку. Её ласковые пальчики парню понравились, и он начал увеличиваться от нежности женской ручки. Добрели потихоньку до кровати. Жора положил командира на бочок и начал ласкать уже настойчиво. Целовал ушки, губки, сгиб локтя, гладил под коленочками и ступни ножек. Фериэль медленно, но заводилась. Жора никуда не торопился. «Я хочу мальчика!» — шептал он ей на ушко. «Я очень хочу мальчика!» — шептала она в ответ, и начинала интенсивней двигаться и громче стонать. Эта фраза как бы подстёгивала её. Грудь хорошо реагировала на соски, и сержант свободной рукой теребил тот, который оказался сверху. Вторая рука занималась её промежностью, лаская вход во влагалище и клитор. Губы Жора использовал всюду, куда мог дотянуться. Только через полчаса беспрестанных ласк во влагалище появилась смазка. Девчонка возбуждалась очень медленно. Сержант убрал руку с её груди и двумя руками вцепился в промежность. Загнал два пальца во влагалище, а второй рукой начал безжалостно издеваться над клитором. Он и надавливал, и сжимал в горсти весь лобок, и выписывал дикую оргию пальцами вокруг возбужденного маленького язычка. Фериэль завертелась под руками как рыбка, пойманная на крючок. Вот тогда он ей и засадил. Он брал её сбоку, как она лежала. Одна нога прижата коленом к груди, вторая вытянута вдоль ложа. Пацан вошёл до самых яиц.
— Хочу мальчика! — громко сказал Жора, после того, как она охнула и на мгновенье застыла, привыкая к ворвавшемуся в тело члену. Сержант никогда не подозревал, что можно так подмахивать в этой позиции. Всё-таки он почти сидел на её роскошной ножке. Боец, сообразив, что дошло до дела, стоял как оловянный солдатик, размеренно и мощно врываясь в женское нутро. Далеко отступал назад, и снова с разбега наносил проникающий удар в узкую щелочку. Безжалостно, на всю глубину штыка. От этих ударов девчонка вся содрогалась от макушки до пяток. И кричала. От этих подстёгивающих криков пацана распёрло, и он уже победно рычал (а может это рычал Жора), доставая до матки. И, наконец, забив себя туда вместе с яйцами, взорвался потокам спермы. У девчонки начался оргазм, и она ничего не соображала. Схватив сержанта руками за булки, она притянула его к себе с такой силой, что Жора чуть не взвыл от боли, предполагая, что от каждого её пальца в его заднице осталась дырка. Он стойко выдержал две минуты, пока она металась под ним, хрипя судорожно сжатыми губами: «Хочу мальчика!» Пальцы на его заднице разжались и сержанта отпустили. Силы в ней было немерено. Ладошки нежно погладили по попке и по спине и Жора вытащил своего солдата. Поставил в коленную позу, погладил аппетитные грудки, проткнувшие сосками ложе, заставил опустить плечи ниже и пошёл умываться. Провёл ладонью по своему заду, крови не было, но саднило сильно. Сполоснул прохладной водой и кожу на булочках. Девчонка была во всей красе. Изящная до невозможности. Попка вверх, талия прогнута, только синие глазища зыркают из-под чёрных как смоль волос. Убийственная брюнетка. Жора подошел, оценил, как эти глаза отреагировали на его упавший конец, и подсунул его к губкам. Сначала высунулся язычок, облизал, пробуя на вкус, а затем подключились и губки. Боец начал наполняться силами. Фериэль повернула голову на бочок, прихватила пацана одной рукой чтобы не смылся, и начала обрабатывать его основательно. Процесс ей видно нравился. Парень у неё в ладошке гордо расправлял спину. Жора одной рукой взялся за промежность, почувствовав, что там изрядно припухло. Второй рукой за ушко, неосторожно высунувшееся из копны волос. И Ласки продолжились. Через минуту попка уже завертелась пропеллером, реагируя на движения мужской руки. Ушко встало торчком под ласковыми пальцами, а губки попытались заглотить бойца под самый корень. Жора поласкал ещё с минуту и тоже взобрался на кровать. Поводил пацаном по щёлке, чтобы тот понял, что предстоит боевая работа и всадил, со словами: — Хочу мальчика!
