Высадив Лондон на следующий день у школы, я вернулся домой и застал у себя на кухне Мардж. Тем утром я позвонил ей, чтобы рассказать, как прошла встреча с Вивиан, но она заявила, что предпочитает услышать отчет при встрече.
– Лондон до сих пор мучают боли, но она держится.
– Я не о Лондон. Сейчас я о тебе.
– Все прошло мирно, – заверил я. – И даже на удивление приятно.
– То есть?
– Вивиан не злилась и не старалась внушить мне, что случившееся – моя вина. Она держалась… вежливо.
– Ты же понимаешь, что ни в чем не виноват, все произошло случайно, – возразила Мардж. – Это несчастный случай.
– Да, – согласился я, сам не зная, верю в это или нет.
Мардж отвернулась и закашлялась, а когда полезла за своим ингалятором, я заметил, что ее лицо осунулось.
– Ну а ты как? Вчера вечером ты часто кашляла. – Я нахмурился.
– И не говори. На прошлой неделе два дня провозилась с клиентом, который еле на ногах держался. И только потом этот милашка соизволил сообщить мне, что у него бронхит.
– А у врача ты была?
– Ездила в «неотложную помощь» на выходных. Врач решил, что это вирусное. Надеюсь только, что мне полегчает к нашему отъезду в Коста-Рику.
– Когда вы уезжаете?
– Двадцатого, и пробудем там до двадцать восьмого.
– Хотел бы я знать, каково это – иметь время на путешествия, – немного жалея себя, сказал я.
– Просто замечательно, – заверила Мардж. – Кстати, как у тебя дела с Эмили? Уже рассказал ей, что стряслось с Лондон?
– Да, вчера вечером. После того как уехала Вивиан.
– А-а.
– Что это значит?
– Знаешь, есть такая поговорка: клин клином вышибает.
– Супер.
– Я тут ни при чем. Не я ее выдумала. Хочешь забыть прежние отношения – заводи новые.
– Мы с Эмили просто друзья.
Она потрепала меня по плечу.
– Ага, братишка, рассказывай.
После отъезда Мардж погрузиться в работу было непросто. По эмоциональной напряженности последние два дня соперничали с первыми днями после того, как Вивиан объявила, что влюбилась в Спаннермена. Мои душевные силы были на исходе. Слишком много всего произошло за короткий срок.
Но работа оставалась работой. Важнее всего сейчас было убедиться, что подготовка к съемкам четвертого ролика для Тальери идет по плану. Я связался со всеми, чтобы получить подтверждения и с удивлением обнаружил в ящике письмо, из которого узнал, что третий ролик с участием юной актрисы уже смонтирован и в целом готов.
Он получился настолько удачным, что я принял решение пустить его в эфир вместе с первым, сообщив об этом Тальери, и вскоре получил его согласие. Договариваясь о графике эфиров с кабельной компанией, я ощутил трепет: о
С волнением я оставил два сообщения на телефоне танцевальной студии. Мисс Хэмшоу не спешила перезвонить.
Возле школы в кругу одноклассников я увидел Лондон. Она радостно улыбалась, и, хотя к машине шла медленнее, чем обычно, я сразу понял, что у нее выдался хороший день.
– Знаешь, что? – спросила она, когда забралась в машину. – Учительница назначила меня сегодня ее помощницей. Было так здорово!
– И что же ты делала?
– Помогала ей раздавать листочки и собирать их. А на перемене вытирала доску губкой. Зато она разрешила мне порисовать на доске, а потом я опять все стерла. И весь день носила значок «Помощник учителя».
– А как же твой лонгет?
– Я стирала с доски другой рукой. Это легко. А в конце дня мне дали леденец на палочке!
– Похоже, день и вправду удался. Пристегнуть тебя?
Утром мне пришлось помогать ей с ремнем.
– Нет, – ответила она. – Я сама справлюсь. Мне надо еще научиться делать много разных вещей одной рукой.
Я наблюдал, как она сражается с ремнем безопасности. Ей понадобилось больше времени, чем обычно, но она справилась.
Я уже прибавил скорость, когда снова услышал ее голос.
– Пап, а пап…
Я бросил взгляд на нее в зеркало заднего вида.
– Что, детка?
– Мне надо сегодня на танцы?
– Нет, – ответил я. – Врач сказал, что на этой неделе ты должна отдохнуть.
– А-а, – протянула она.
– У тебя сегодня не болела голова? А рука?
– Голова вообще не болит. А рука болит иногда, но я стараюсь быть сильной, как Бодхи.
Я улыбнулся.
– А Бодхи сильный?
– Очень сильный, – закивала она. – Он любого в классе может поднять. Даже Дженни!
Я предположил, что Дженни слишком крупная и рослая для своего возраста.
– Ого! – удивился я. – А я и не знал.
– А можно мне снова в гости к Бодхи? Я хочу поиграть с Пудингом.
У меня перед глазами возник образ Эмили.
– Я спрошу у мамы Бодхи, и если она не против, тогда и я не возражаю. Но не на этой неделе – может быть, на следующей, хорошо? Тебе сейчас нельзя переутомляться.
– Ладно. Мисс Эмили мне нравится. Она хорошая.
– Я рад.
– В зоопарке с ней и Бодхи было весело. Можно мне еще раз посмотреть фотографии на твоем телефоне?
Просматривая фотографии, она вспоминала животных, которых видела, и, пока болтала, ни словом не упомянула Вивиан, хотя виделась с ней не далее как вчера.
Я понял: как бы там ни было, Лондон уже привыкла к тому, что рядом с ней всегда я один.
