Так, Герой практически обезоружен, ножом или пистолетом я ему воспользоваться не позволю.
Делаю пару шагов в сторону и оказываюсь прямо за спиной жертвы аномалии. Снова просовываю свой гарпун во «Времянку» и крюком зацепляю самозванца за лямку его рюкзака. Упираюсь ногами в землю и, приложив достаточные усилия, вытаскиваю Героя в наш временной поток.
Покинув границы аномалии, тело моего двойника по инерции падает спиной на землю, я при этом делаю шаг в сторону, чтобы не мешать его приземлению. Как только Герой принимает горизонтальное положение и, явно не понимая, что с ним происходит, пытается встать, я тут же направляю пистолет ему в лицо.
— Лежать! Не двигаться! — командным голосом приказал я. — И не вздумай дурить — пристрелю!…
— Какого хрена?! — проронил он, сжав и разжав кисти рук, видимо не понимая, куда вдруг делся «Абакан» и почему он сам оказался в лежачем положении. Затем незнакомец быстро осмотрелся, изучая окружающую обстановку, поочередно наградил своим взором меня, Аленку и в итоге задержал свой взгляд на снорке, зависшем в воздухе, — Мать твою! Это как?…
— Слушай меня внимательно, — перебил его я, — По-хорошему отвечаешь на мои вопросы и… Возможно будешь жить. А если нет… То на «нет» и суда нет! Пристрелю, как бобрика! Ясно?
— И много ты их настрелял, бобриков этих?… — пытаясь встать, произнес он. Но, получив от моей ноги мощный «привет» в грудь, принял прежнюю позицию, прохрипев что-то себе под нос.
— Я тихо говорю? Или ты такой тупой и непонятливый? — спокойно спросил я, — Отвечай на мои вопросы!… Кто ты?
— А кто, собственно, спрашивает? — нахально переспросил он.
— Ответ неверный! — констатировал я и, стараясь не задеть кость, выстрелил ему в ногу.
— Еп!… — сначала закричав, а затем, застонав от боли, самозванец схватился за рану, продолжая негромко нецензурно выражаться.
Аленка вскрикнула от неожиданности и от недовольства происходящим. Она у меня за Мир во всем Мире и некоторые мои методы ведения переговоров не всегда приветствует, но влезать в них сейчас разумно не решается.
Я продолжил, обращаясь к раненому, — Ну что, Дибилушка, будем дальше в героя играть? Или нормально общаться начнем? Только не вздумай опять меня нервировать! В следующий раз гораздо больнее будет.
— Что тебе нужно? — процедил он сквозь зубы.
— Уже лучше. Напоминаю свой вопрос: Кто ты такой?
— Я отвечу на все твои вопросы, но при одном условии…
— Ха! Может быть, я чего-то не понимаю? Но, по-моему, ты сейчас не в том положении, что бы диктовать мне тут свои условия, не так ли, Герой?… Ой, прости! Кажется, ты опять ответил неправильно, а я забыл выстрелить. Да? — спросил я и, направив ствол на вторую ногу, выдерживаю паузу.
— Ладно!… Не трать патроны зря! — сказал Герой, — Я тебя прошу, если ты нормальный мужик, то отпусти ее, — указал он на Аленку, — А с тобой поговорим обо всем, о чем захочешь.
— Вот это расклад! — искренне удивился я его условию, — Послушай, Герой, а с чего ты вообще взял, что я ей угрожаю? И откуда такая забота о ней, а?
Он перевел взгляд на Аленку, наблюдающую за допросом, и увидел в ее руке пистолет, направленный дулом в его сторону.
— Дорогая, ты в порядке? — удивленным тоном обратился он к ней, видимо ожидая от нее каких-то действий, но, так и не дождавшись их, прокричал, — Да что тут вообще происходит, черт возьми? А?
— Говоришь «Дорогая»? — переспросил я у него, — Что это значит? Кто она тебе, раз ты так к ней обращаешься, а?
— Она — моя ЖЕНА, — немного подумав, сказал он, — Отпусти ее, я тебя по-человечески прошу.
— Ну все! — не выдержав такой наглости, прокричал я и выстрелил в здоровую ногу Героя. Вновь раздался крик и ругательские вопли самозванца. Я начинаю закипать, — Зачем ты это делаешь, Ублюдок? Ты хочешь сказать, что Аленке приходишься мужем? Тогда, кто я, по-твоему? А? Ответь мне!
— Да откуда мне знать? — завопил он, — Я вообще не понимаю: что здесь происходит, кто ты и что тебе от нас нужно? Хабар нужен? Бери, только ноги зачем дырявить? Забирай все, что хочешь, только оставь нас в покое!
— Нас?…
То-ли этот парень полный псих, то-ли я чего-то не понимаю. Но еще чуть-чуть его послушать, и я сам начну верить в то, что он является мужем моей Аленки.
— Значит так, Клоун, — угрожая стволом, со злостью прошипел я, — Хватит тут дурака валять! Сними «намордник»! Не бойся — здесь безопасно. Хочу на харю твою тупорылую, да в глаза наглые посмотреть! Нет времени с тобой тут нянчится. Живо снимай!…
Неохотно подчиняясь моему требованию, самозванец снимает защитную маску.
То, что я вижу перед собой, заставляет меня медленно снять и свою лицевую защиту, что бы лучше разглядеть.
— Какого хрена?!. — восклицаем мы все хором. Культурно воспитанная и до этого скромно молчавшая Аленка в том числе.
Черты лица Героя абсолютно идентичны моим! Ямочка на подбородке, родинка на щеке, даже неброский шрам на верхней губе полностью соответствуют моим. Этот самозванец — моя точная копия!
— Ну, ревнивец! — обратилась ко мне Аленка, — Теперь ты веришь, что ВАС можно перепутать?
— Ничего не понимаю! — вырывается у меня, — Как такое может быть?…
