- Бесстыжие! Пожалейте хоть нас с отцом.- Она оттащила Клару от сестры и усадила на диван.- Что вы не поладили?
- Я попросила ее поговорить с Николаем о Женьке,- сказала Мила.- Это же необходимо…
Надежда Михайловна покачала головой.
- Она уже говорила… На улице. При посторонних. Не простит он ей этого… Ладно, доченька, иди домой. О Жене не беспокойся. Отец не оставит его в беде. Передай маме поклон.
- Спасибо, тетя.
Мила решила сама поговорить с Николаем. Прямо от Бобровых поехала в отдел милиции. Однако ей не повезло. Ответственный дежурный сказал, что Сорокин еще не появлялся в отделе.
- Может, вы побеседуете с его помощником?
- Мне нужен только товарищ Сорокин!
Мила вышла из комнаты дежурного и в коридоре увидела Тимура.
Тимур радостно заулыбался.
- Мила, ты?
- Как видишь! Здравствуй.
- Здравствуй. Я рад тебя видеть. Только подумал о тебе - и ты здесь. Действительно я родился под счастливой звездой.
- Ты свободен?
- Для тебя - всегда.
Мила взяла Тимура под руку и повела на улицу.
- Что-то тоскливо на душе…- сказала Мила.- Невеселая весна…
- Рано еще для настоящей весны,- рассуждал деловито Тимур.- Вот потеплеет, и город преобразится, станет нарядным, веселым.
- У тебя настроение меняется от погоды?
- Когда город зеленеет, он кажется мне молодым, улыбающимся… Самому хочется улыбнуться.
- Счастливый,- вздохнула Мила.- Если бы я могла радоваться зеленым веточкам! Поставила бы на окошечко горшок с цветами и улыбалась с утра до вечера.
- Ты смеешься надо мной?
- Нет. Завидую…
Они шли по улице, еще не освободившейся от зимних красок: деревья были сизовато-серые, газоны отдавали блеклой желтизной. Лишь кое-где пробивалась робкими стрелками изумрудная трава. Да, унылым был город в предвесеннем сне.
- Может, сходим сегодня на танцы?- предложил Тимур.
Мила отрицательно покачала головой.
- Не хочу.
- Или в кино?
- Слишком много людей. Это меня раздражает… Не хочу никого видеть.
- Погуляем в парке?
- Нет. Пойдем лучше ко мне.
Тимур с удивлением посмотрел на Милу - она никогда не приглашала его к себе и даже не выражала желания видеть его у себя дома.
- Что ж, пойдем!
Марии Константиновны дома не было. На столе лежала записка.
«Я сегодня заночую у Н. М. У нее поднялась температура».
Тимур с улыбкой сказал:
- Обязанности Марии Константиновны передаются мне. Буду охранять тебя. Говорят, в городе появились парни, которые похищают красивых девушек.
- Ты один из них?
- Я?!
Мила близко-близко подошла к Тимуру.
- Конечно, ты. Кто похитил меня?
Тимур задохнулся от радости.
- Хорошая! Любимая! Моя!
- Твоя.
- Навсегда!
Он обнял ее и стал целовать.
- Если б я знал, что ты так скажешь…
- Теперь узнал, и что же?-гладя его волосы, спросила Мила.
- Я счастлив.
- Как хорошо, что можно дарить другому счастье…
- Разве ты не счастлива?
- Счастлива.
- Нет, ты как-то грустно говоришь об этом.
- Заметил?
- Да. Говори, что такое, что мешает тебе быть счастливой? Что?
Мила отстранилась от Тимура.
- Не надо об этом, Тимурчик. Не надо! Хочешь, я угощу тебя чем-нибудь. Ты, наверное, проголодался. Ну скажи честно, проголодался?
Обескураженный ответом Милы, Тимур растерянно промямлил:
- При чем тут угощение…
- Ты гость, а я хозяйка. Знаю, что проголодался.
- Немного,- признался смущенно Тимур.
- Сиди и жди! Вот тебе альбом. Просвещайся. Небось в Третьяковке не был?
- Не был…
- То-то. Знакомься с живописью. Я мигом.
Мила исчезла в кухне. Тимур принялся перелистывать альбом. Репродукции мало его занимали, он просматривал их, не задерживая взгляда.
«Странно устроена жизнь. Неделю назад я даже не знал о существовании Милы, сегодня - она самое близкое для меня существо. Самое дорогое. Что бы ни сделал я для нее! Готов, кажется, сотворить невозможное…»
Мила появилась минут через десять, раскрасневшаяся, в ярком цветном халате, легкой косыночке, чудом державшейся на ее пышных волосах с золотистым отливом.
- Какая ты!-сказал Тимур восторженно.
- Какая?- лукаво улыбнулась Мила.
- Красивая.
- Я тебе нравлюсь?
- Страшно.
В глазах Милы сверкнули слезы.
Тимур перепугался:
- Что с тобой?
Мила вдруг расплакалась.
- Тимурчик!
Он усадил ее на диван, взял за руки, начал целовать ладошки.
- Что случилось? Ну, что? Говори!
- Разве ты не знаешь, Тимурчик? У нас такое горе. Я, наверное, не выдержу.
- Милка!-закричал Тимур.- Не смей!
- Если бы ты оказался па моем месте, то чувствовал бы себя не лучше. Впрочем, мужчины ко всему относятся спокойно. Я же не могу, понимаешь? Не могу! Я действительно готова что-нибудь сделать с собой!
- Да что случилось?
- Ах, Тимур, Тимур, я думала, что ты более догадливый!- огорчилась Мила.- Только не сердись. Я говорю о Женьке.
- О Женьке?
- Его будут судить.
- Ничего. Отсидит суток пятнадцать - умнее будет,- повеселел Тимур.- Я думал, вообще черт знает что случилось… Это ему только на пользу пойдет.
- Я тоже так считала, когда узнала, что он попал к вам за дебош,- сказала Мила.- Однако дело не в дебоше. Его обвиняют в ограблении таксистов. Представляешь, чем это может кончиться? Его посадят в тюрьму. Тетя Надя не выдержит. У нее больное сердце. Да и дядя Женя не здоров. Ты должен помочь!
