— Интересно, когда в последний раз Юдхиш– тхира спал? — спросил я.
Кумар пожал плечами, а Митра, криво усмехнувшись, предложил:Поскольку моя карма и так загублена десятком убитых, то еще один бездарный певец ее не отяготит.Стоит ли? Он ведь для нас старается… — О нас будут судить вот по таким песням. И никто не поверит, что ни один из дваждырожденных за последний месяц ни разу не снимал доспехов и не слушал музыкантов.Я рассмеялся неожиданно для самого себя.Что с тобой? — поинтересовался Кумар.Да просто представил, как выглядело бы пробуждение Юдхиштхиры, если бы слова певца оказались правдой. Представляешь: привыкший к гармонии и сосредоточению царь открывает глаза и видит вокруг толпу танцующих и поющих. Кто-то тащит ему медвяный напиток, кто-то перечисляет добродетели его предков. А царь, воплощаясь в мысли каждого, видит ракшасов жадности, унижения и вожделения. И каждый думает, что чем лучше попросит, тем больше дадут.Говорят, некоторым чаранам дано предсказывать будущее, — заметил Митра, — боюсь, этот угодил прямо в цель. Будут еще у нас цари, жаждущие воспеваний. И будут говорить — так заведено древними.Песня в обозе прервалась и сменилась криками боли и гнева. Как мы потом узнали, кто-то из дваждырожденных все-таки отстегал певца хлыстом.— Меня до сих пор пробирает дрожь от угро зы Карны уничтожить Арджуну, — признался я.
