Жизнь и становление Арчи Кремера, волею судеб оказавшегося втянутым в водоворот невероятных событий. Наверное, можно сказать, что эти события спасли ему жизнь, а с другой стороны - разрушили и заставили чуть ли не родиться заново.
========== Часть 1 ==========
Дамиан Зоннберг считался оппортунистом и, возможно, признал бы себя вслух и в присутствии не менее двух свидетелей, если бы по совершении данного действия ему были бы открыты новые возможности либо выражена благодарность в виде увесистого кошелька или иного материального, условно материального или виртуального предмета. Наедине с собой он не задумывался о своих качествах, положительных ли, отрицательных, и чувствовал он себя лучше всего в компании людей, которые точно так же отказывались морочить себе головы всякими «зачем?» да «во имя чего?». Последний вопрос, впрочем, был иногда уместен, если знать, как на него отвечать. Дамиан Зоннберг выбирал тот ответ, который подразумевал, опять же, личную субсолярную капсулу бета-класса, личный вип-отсек на Луне– 2 и еще пару ништяков в виде социальной страховки и прочей приятной фигни. Но Дамиан Зоннберг недаром славился живучестью, возможностью всплыть в любой ситуации, да еще и прибавку к годовому доходу поиметь, потому что умел делать такое лицо, глядя на которое, человек, задавший это самое злосчастное «во имя чего?», сам заводил волынку о высших целях, служении человечеству и прочей дребедени. А помимо быстроты реакции в щекотливых ситуациях, Дамиана Зоннберга все– таки характеризовали и психо– нейро– когнитивные функции: очень развитые, надо сказать, усердно тренируемые и развиваемые, постоянно совершенствуемые. Все вместе обеспечило Дамиану Зоннбергу должность технического руководителя рабочей группы ведущего научно– исследовательского института Межгалактической республики.
Чушью было это название, если честно. Ни о каком «меж-» по отношению к галактическим масштабам речи не шло, и в ближайшие пятьдесят лет скорее всего не зайдет. Обитатели Земли освоили Луну, это да, вдобавок к ней спроектировали и осуществили целых два проекта орбитальных городов, назвав их соответственно Луна-2 и Луна-3, все более усердно осваивали Марс и Венеру – в основном возводя там промышленные комплексы, и Совет наций после одного особенно удачного проекта, опять же связанного с добычей, обработкой и первичным промышленным применением редкоземельных металлов, долго праздновал успехи и допраздновался до того, что кто-то сильно ушлый из приближенных к высшим кругам предложил референдум о переименовании Федерации государств в нечто футуристичное, что бы соответствовало потенциалу и устремлениям оной федерации. Самым странным было не само предложение, в конце концов, мало ли чего предлагают слишком умные журналисты и охочие до славы общественные деятели. Самым странным было то, что референдум все-таки состоялся, более того: что это самое идиотское название «Межгалактическая республика» было принято. Генерал армии, глава Генштаба и просто душка – агедонист Эберхард Смолянин позволил себе высказаться скептически по этому поводу, а скорее по поводу всяких нейроштучек для промывки мозгов гражданского «мяса», и вся Межгалактическая республика в упоении следила, как его для начала не пускают в Генштаб, затем лишают всех званий и регалий, а затем, под шумок, еще и институтец один прикрывают, который отказался лишить Смолянина звания почетного профессора. Наука была всем в генштабе очень хорошая: уж где-где, а в Межгалактике найти человека на любой пост было очень просто. Преемник Смолянина этот урок усвоил, да. Зоннберг – тот в таких уроках не нуждался.
Вообще он был неглупым человеком, этот Дамиан Зоннберг. Умным. С нейрокоэффициентом в сто пятьдесят семь единиц и нейропотенциалом еще единиц в пятьдесят. Свое магистерское звание заработал честно. Почти честно, если быть точней. Научный руководитель был им доволен, в спальне – тоже, охотно подсказывал, что и как делать и как лучше всего писать работу, а помимо – делился сплетнями, кто из научного совета и что любит; неизвестно было, умышленно сей доктор наук позволял себе такую болтливость, под воздействием ли эндорфинов от жаркого секса или с двойным умыслом, но Дамиан был не дурак использовать полученные биты информации себе на пользу. И даже когда Дамиан Зоннберг несколько лет спустя сделал вид, что незнаком с ним, только усмехался недоверчиво, но, наверное, понимал. Ведь Дамиан Зоннберг был родом с самых низов, по статистике –не абы какой, а государственной – просто обязан был ограничиться двумя ступенями образования и вечной каторжной работой на какую-нибудь корпорацию. Ан нет. Дамиан Зоннберг выбивался в люди, почти выбился, по большому счету, и, наверное, такая целеустремленность не могла не вызывать интерес и уважение, пусть и с горьким, угнетающим, хинным привкусом.
