Когда Мэди подрастала, у нас было достаточно молодых парней-метисов. Но еще девочкой-подростком, Мэди почему-то выбрала меня. Я всегда это ценил. Еще и ждал, когда она в половозрелый возраст войдет, чтобы нас, как семейный тандем, сочетали.
Когда я встретил шикарную блондинку на пустынном берегу, а потом узнал в ней одну из пассий своей молодости…я ошалел от восторга. Это было, как воплощение мечты… Все происходило, как в прекрасном сне…
Тогда, сто лет назад, мне казалось, что у меня еще много времени для того, чтобы сблизиться с этой неприступной дикаркой. А может все дело в том, что я просто, как самоуверенный болван, ждал, что она сама ко мне прибежит – так обычно поступали все девушки.
Кто ж знал, что время не ждет? Никто же не предполагал тогда, что неотвратимо грядет катастрофа… а Земля в одночастье лишится своего населения.
Келла говорит, что я вел себя эгоистично и легкомысленно с той новой Наташей после апокалипсиса… и что я должен был рассказать ей все о Мэди… А я не рассказал. Это как собственной рукой разрушить волшебство нашей встречи. Ничуть не жалею, что все случилось, как случилось. Это было незабываемое приключение. Это был азарт охотника! Вакханалия инстинктов!
А потом неожиданно выяснилось, что Наташа осталась на всем континенте одна – без поддержки друзей и подруг. Ну не мог же ее оставить в Майами…
У меня даже в мыслях не стоял вопрос выбора между двумя женщинами. Мужчины меня поймут. Я НЕ могу бросить Мэди. Я был первый у нее. Эта юная девочка доверила мне свою жизнь и судьбу. Как мужчина, я, в конце концов, отвечаю за нее!
«А зато бы у тебя совесть была бы чиста», – уверяет меня благоразумная племянница (Келла так молода по сравнению со мной…Но почему в свои недолгие восемьдесят лет она потеряла полет чувств?). – У тебя не было бы этих метаний, конфликтов и стыда, – считает она (вот ведь Морализатор!).
С такими размышлениями я остервенело намыливаю волосы, смываю пену с волос и тела. Но даже контрастный душ не навел в моей голове порядок. Потому что в жизни полный кавардак. А мысли по-прежнему шуршат и шуршат, и я не знаю, как сделать так, чтобы всем было хорошо.
А правильно ли я сделал, оставив ситуацию плыть по течению?
Мэди смотрит грустными, заплаканными глазами. А Наташа и близко не подпускает к себе. Гордячка. Вечно с холодным высокомерным лицом демонстрирует свою независимость.
Да уж… надо признать, что женщины каким-то образом чувствуют всякую недоговоренность и неискренность.
Прохожу мимо библиотеки, и тут до моих ушей доносится смех. Наташа… Это ее смех. Я даже подозреваю, с кем там она так мило проводит время. Пару раз я их видел вместе в столовой.
Дверь в читальный зал была приоткрыта. Я остановился послушать, над чем она так весело хохочет.
– Знаешь, в древнегреческой мифологии были такие же существа. Их называли фавны или сатиры. Но это древние легенды. Но чтоб в современном цивилизованном мире реально жили рогатые и копытные люди?! Как на этой фотографии… Мне трудно представить, что это не фотошоп!
– Ну что тут поделаешь? Вот такую шутку сотворила с нами природа… Представляешь молодые леарки, чтобы дети их слушались, пугали их теранцами
– Серьезно? А у нас тоже были такие детские потешки. Слушай!
Идет коза рогатая!
За малыми ребятами
Мефошку хочет забодать!
Забодаю! Забодаю! Забодаю!
Мэфос аж взвизгнул от смеха.
– Натаааша!!! Ну не трогай меняаа! Я кому говоррюууу! Ну Натаааша!!! Я ужасно боюсь щекотки…
Ноги сами несут меня в читальню. Мой друг и моя девушка увлеченно рассматривают фотографии, листая здоровенный фолиант в зеленой кожаной обложке с металлическими заклепками.
Ну кто бы сомневался…Воркуют как голубки… Мэфи просто не отлипает от нее в последнее время. Несмотря на приличный по меркам людей возраст, оба умудрились сохранить психологию подростков, любопытных и слишком чувствительных.
Вот Мэди в свои сорок лет – зрелая женщина. Отчаявшаяся и страдающая. Потому что полноценному созданию семьи мешает наше неравенство в возрасте (она будет жить в три раза меньше меня) и невозможность иметь детей. Из-за этого она чувствует себя неполноценной. Вот такие проблемы все время стоят между нами. Хотя я много раз пытался успокоить ее тем, что это нормально. Сейчас все так живут. В основном все бездетные. А дети в нашем поселении давно уже не рождаются. Но несмотря ни на что надо жить и радоваться жизни.
