– Очень хорошо вышло.
– А ты? – Всеволод кивает на Клима.
– Нам пора, – Шахов краток.
– Да, нам пора. Удачи вам, Лара хорошая, не обижай ее.
Уходим первыми, на улице пасмурно, конец апреля, зима не хочет уходить. В машине тепло, думаю о том, что было.
– Что с квартирой? Нужно сказать хозяйке, что я там больше не живу.
– Не переживай, она твоя.
– Моя?
– Да, там слишком много твоих вещей, я решил, что тебе будет жалко с ними прощаться. Потом можешь сделать с ней что угодно.
– Серьезно? Ты купил мне квартиру? Эту квартиру?
– Я бы купил лучше, не в этой дыре.
– Вполне так нормальная дыра.
– Но Аверин уже присмотрел дом.
– Дом?
– Да, Греция, на побережье Средиземного моря, я пока его не видел.
– Серьезно?
– Я похож на шутника?
Выруливаем с парковки, я в шоке, Клим говорит так, словно он купил новый чайник, одного нам мало.
– И давно вы все, как всегда, решили за меня? Где жить, что мне покупать, куда ехать?
– Да. Это не обсуждается.
Клим включает магнитолу, радио, диктор рассказывает новости, не знаю, что за волна.
– И немного криминальных новостей: сегодня ночью в своей квартире была найдена задушенной Алиса Корнева, дочь небезызвестного в прошлом бизнесмена Павла Корнева. По данным нашего источника, девушка злоупотребляла наркотическими веществами, но причиной смерти было удушение. Правоохранительным органам только предстоит разобраться, связана ли эта смерть с финансовыми проблемами отца или это произошло почве ревности. А сейчас о погоде…
– Клим?
Ладони потеют, а позвоночник покрывается коркой льда.
– Я ни при чем. Клянусь. Даже после того, как узнал, что это она заказчик твоего похищения.
Отворачиваюсь, смотрю в окно. Слишком много событий на сегодня. Клим не опустится до удушения, не станет марать руки, этой ночью он был со мной. Алиса нашла свою судьбу, нельзя делать зло, думая, что оно к тебе не вернется.
Клим берет за руку, сжимает мои пальцы. Я верю ему. Останавливаемся рядом с витриной ювелирного магазина.
– Пойдем.
– Куда?
– Буду покупать своей женщине бриллианты и делать предложение. А то, когда Марк узнает о будущей дочери, опередит меня. Ты будешь Шахова, а не Аверина.
– Тебе здесь нравится?
– Очень. Он великолепен, а какой из окна вид! Это же с ума сойти!
Наблюдаю за Ольгой, мне нравится на нее смотреть, ее жесты, мимика. Как она заправляет волосы за ухо, как хмурит брови, когда думает или щурится от яркого солнца.
Греция, Средиземное море, остров Родос – я выбирал неделю, куда переехать, где сыну будет хорошо, и моя крошка-мышка не будет ничего бояться. Да и бояться уже нечего, все позади, остались сущие формальности. Но и так уже много сделано.
Мы рубим концы, выходим из игры, хорошо, что нет криминала, почти нет, но и это можно уладить, сейчас другое время, договориться и откупиться можно всегда.
– Спасибо, Марк, я не сказала спасибо.
Ольга подходит, берет за руку, заглядывает в глаза. Не могу на нее насмотреться, сентиментальным стал хуже Шахова. Тот, стоит ей вздохнуть или чихнуть, готов тащить к доктору.
– Ты очень красивая, я говорил тебе?
– Нет, – улыбается чертовка, люблю ее такую – игривую, соблазнительную, в легком длинном голубом платье.
Из раскрытого панорамного окна дует теплый ветер, ткань облегает фигуру и уже начинающий выпирать животик. Сердце всегда учащает ритм, когда вижу его, понимая, что там наш ребенок, что он уже есть, он живой, он скоро появится на свет и будет жить в этом доме.
– Ты очень красивая, – обнимаю свою женщину, кладу ладонь на живот, нежно глажу. – Зря я позволил Шахову жениться на тебе, опередил меня, гад такой.
– Не ревнуй, ты знаешь, я люблю тебя.
– А я ревную, не могу отделаться от этого чувства.
– Дурачок.
Ольга целует, трется виском о щеку, возбуждает меня с одного касания, совсем размяк рядом с ней, а надо думать о новом бизнесе, как-то содержать большую семью. Так дико, странно и красиво звучит. Я бы подумать не мог полгода назад, что буду таким счастливым, что у меня будет сын, любимая женщина и скоро – еще один ребенок. И неважно, от кого он, от меня или Клима.
Он наш. Или она наша.
Но Шахов все равно поганец, обогнал меня. Ольга не могла ему сказать «нет» – так же, как и не сказала мне. Свадьба была очень милой, Ольга не хотела ничего помпезного, да и в качестве гостей нам звать было некого. Мы все одиночки. Но невеста была, как и положено, в белом платье, струящемся по фигуре, с цветами в волосах, а на безымянном пальце у нее два тонких обручальных кольца с бриллиантами.
От меня и Клима.
Надели мы ей их одновременно, на что регистратор брака удивленно округлила глаза, но промолчала. Муж по документам у нее один и фамилия Шахова, а вот Ванька – Аверин, с этим никто спорить не стал.
– Как ты себя чувствуешь?
– Все хорошо, я беременна, а не больна, только ты не начинай. Вы еще лишите меня секса, я куплю вибратор.
Совсем недавно Шахов где-то вычитал, что секс во время беременности может быть опасен, Ольга внимательно выслушала его доводы, покачала головой и ушла в спальню. Это было еще в России, а сейчас уже неделя как мы прилетели в Грецию.
– Хочешь, я куплю тебе его сам, и мы поиграем?
