И - громко всхлипываю. Я и так долго держалась… А сейчас как будто прорывает плотину. Слёзы градом катятся по щекам, в носу хлюпает, меня трясет,
Ваня обнимает меня и гладит по голове.
- Это писец…. - срывается с его губ.
Но он быстро меняет тактику и начинает говорить что-то успокаивающее.
- Ксюш, не плачь. Все образуется. Все будет хорошо.
- Как именно хорошо? - зло спрашиваю я.
- Как-нибудь, - с некоторой растерянностью в голосе произносит Ваня.
- Не бу-удет.… - рыдаю я. - Все больше никогда не будет хорошо…
Даже если Квазимодо каким-то чудом найдется… Как жить дальше?
Что делать? Что решать?
Я ещё маленькая для всего этого…
Но понемногу я успокаиваюсь. Ваня достает из багажника влажные салфетки. Я вытираю лицо.
- У тебя есть вода?
Мой брат отрицательно мотает головой.
А вспоминаю, как Квазимодо протянул мне бутылку.… Я так же была расстроена. В слезах. А он меня утешил.
Гадский гад!
- Я его убью, - выдает Ваня.
- Найди сначала, - хмыкаю я.
- Найду. Из-под земли достану.
Ну вот. Хоть что-то обнадеживающее…
Может, и правда, найдет?
Кирилл
Я ответил на десятки звонков. На сотни сообщений. Реально, их было просто невероятное количество!
Я даже несколько раз встречался с написавшими мне девушками. Потому что надеялся. И боялся спугнуть слишком заковыристыми вопросами. Представлял: а вдруг это Эсмеральда, а я тут устраиваю допрос? Она обидится. Она хрупкая и ранимая девочка.
Но это была не она. Всегда!
Идея с плакатом была провальной. Но ничего лучше я не придумал.
И меня до сих пор точит мысль: а вдруг я ее пропустил?
Поэтому иногда я начинаю перечитывать сообщения. И искать в них какие-нибудь зацепки. Задолбался!
Я уже не верю. Я в депрессии и в апатии.
Настолько, что даже подумываю послушаться отца и вернуться в Дубай.
Эсмеральда - это сон. Мираж. Чудесное мимолетное видение… Может, я вообще сошел с ума и придумал ее?
После месяца бесплодных поисков я уже начинаю сомневаться в ясности своего рассудка.
Мне всегда помогала быстрая езда. В Дубае дороги охеренные, и я гонял ночами, приводя мысли в порядок, а тело в тонус.
Вот и сегодня решил погонять. Да уж…. тут особо не разгонишься. И не расслабишься. Всегда надо быть начеку. В любой момент можешь поймать яму, или открытый люк, или внезапную бабульку, бредущую неизвестно куда в ночи со своей сумкой на колесиках.
Серьёзно? В двенадцать ночи? Может, это тоже мираж…
Но здесь, за городом, всё же легко дышится. А необходимость концентрации заставляет выбросить из головы все ненужное. Ты просто выживаешь. И это офигенно!
Я торможу на заправке. Бензин не нужен, просто хочу выпить кофе по старой памяти. Раньше мы с ребятами часто тут кофеином заправлялись, когда гоняли на байках.
Паркуюсь, вхожу в здание заправки, иду к стойке, за которой зевает сонная кассирша. Заказываю американо и круассан.
И вдруг слышу за спиной:
- О, Песец, здорово. Ты чего тут делаешь?
Оборачиваюсь - Ваня. Сидит, пьет кофе.
Да, похоже пацаны всё ещё любят эту заправку. И кофе, судя по запаху, тут до сих пор неплохой.
Мы жмем друг другу руки.
- Катаюсь. А ты?
- Я тоже.
Сажусь с ним рядом.
Он хмурый, молчаливый. Злой.
Я тоже.
Так что какое-то время мы молчим. В душу друг другу не лезем. И как будто понимаем друг друга без слов.
Как мне этого не хватало в Дубае! Да, там у меня тоже были друзья. Но не такие. Этих я знаю с пеленок. И у нас почти телепатическая связь.
Но не настолько, чтобы я понял, чем конкретно он грузится.
Ваня - классный парень. И, кстати, он хочет, чтобы его звали Гризли, типа, он сын Медведя, все дела. Но, естественно, никто его так не зовет. Все называют просто Ванькой. Он бесится: ну хотя бы Иван! Но нет.
Тусовка беспощадна. Никто не получает кликуху по заказу. Она сама прицепляется в какой-то момент.
Я, может, тоже хотел быть Гепардом или Львом. Но я Песец. И уже смирился с этим.
- Ты чего такой тухлый? - наконец, спрашивает Ваня.
Пожимаю плечами.
- Ты тоже не сказать, чтобы сильно радостный.
- Из-за девчонки? - спрашивает Ваня.
Киваю.
- Ты тоже?
Он, секунду помедлив, тоже кивает.
- Из-за девчонки.…
Мы молчим дальше. А что тут скажешь? Женщины - зло.
Я допиваю свой американо. Думаю ехать дальше. Но тут Ваня выдает:
- Есть одно дело....
- Что за дело? Может, помощь нужна?
- Чё, Песец, возбудился? - ржет Ваня.
Я тоже улыбаюсь.
Чую, дело пахнет керосином. А мне это как раз и нужно. Отвлекусь, развлекусь. Выброшу из головы Эсмеральду.
- Надо одному мудаку рожу набить, - произносит мой старый друг.
Примерно так я думал, почему-то.
- Это я всегда с удовольствием.
Если честно, вообще не помню, когда дрался по-настоящему, не на ринге. Как-то повода не было в последние… лет семь, наверное.
Последняя драка была здесь, на родине. Когда мы с пацанами замахались с какими-то отбитыми гопниками. Мы им наваляли, естественно.
И сейчас, вспоминая об этом, я чувствую прилив адреналина в крови.
Драка - это круто. Драка - это по-мужски. Это способ почувствовать себя живым и настоящим.
- Чё, повеселее, стало? - скалится Ваня.
- Так заметно? - ухмыляюсь я.
И мы с ним выходим с заправки.
- Бить буду я, - говорит Ваня. - Один на один.
- Понял.
