Возвращаюсь в спальню и сразу же выключаю свет. Хватит соблазнов!
В идеале сегодня надо спать на разных краях кровати. А посередине положить одеяло.
Ага, ага. Да хоть колючую проволоку под напряжением! Кого это остановит…
Пробираюсь к Ксюше. Кладу руку на ее плечо. Она вздрагивает.
- Я тебя обниму. И все.
- И все?
- И мы будем спать. Клянусь.
- Ладно…
Просто обниму. Просто обниму…. Да это писец как не просто!
Сжимать в объятиях теплую, нежную, упругую, пахнущую какими-то летними цветами, трепещущую и невыносимо желанную…
- Кир… я боюсь, - шепчет она.
- Чего?
- Этого.… ну… секса.
- Спасибо за откровенность. Но сегодня ничего не будет. Сначала надо проконсультироваться с врачом. Если все в порядке и он разрешит, то тогда…
- Уф.… - выдыхает она.
- Ксюш, мы уже делали это.
- Я тогда была расстроенная. И пьяная от коктелей. И поэтому смелая. И… это было так давно!
- Да…
С тех далеких времен я веду монашескую жизнь грустного одинокого Квазимодо.
Ксюша снова зевает. Уже не демонстративно, чувствуется, что по-настоящему.
- Я правда очень устала сегодня. - бормочет себе под нос. - И мне в последнее время постоянно хочется спать…
- Спокойной ночи, Котенок.
Нежно целую ее в волосы. В шейку. В ушко. В… все! Стоп.
Дышим. Медленно и глубоко. Держим себя в руках. Старт отменяется! Вернее, переносится. На завтра.
Завтра - это очень скоро.
До завтра осталось всего несколько часов.
Я ждал больше месяца. Что я, до завтра не дотерплю?
Спит.
Дыхание размеренное, расслабилась и обмякла в моих руках.
Член упирается в сочную попку.
Она доверчиво прижалась к нему. Но ему нельзя доверять…
Я сейчас усну, он останется без присмотра. Я хер знает, что он начнет творить, когда управление отключится…
Проваливаюсь в полудрему. Вроде и сплю, а вроде ни на секунду не перестаю чувствовать горячую желанную девочку, спящую в моих объятиях. И помнить: нельзя. Ничего нельзя!
И тут вдруг она начинает ерзать. Активно прижиматься попкой. И даже, кажется, немного постанывать…
Я вылетаю из своей сладкой настороженной полудремы. Обнаруживаю свою ладонь на груди Эсмеральды. Пальцы пробрались в вырез футболки и ласкают твердую горошину сосочка.… И это работает!
Она спит. Не притворяется.
Она меня боится. Мозгом. А ее тело хочет....
Ее нежные грудки жаждут моих ласк.… У меня сводит челюсть и капает слюна от желания почувствовать вкус ее сосков на языке.
Моя вторая рука аккуратно отодвигает трусики. Мокрая. Я чувствую ее запах.
Бля-ать.
Кусаю губы. Свои. Почти до крови.
Выбираюсь из кровати и иду в ванную.
Зажигание. Пуск. Выстрел. Разрядка.
Перед глазами - ее прикушенная губа. В руках ощущение горячей попки. В ноздрях запах текущей самки. Моей!
Завтра. Она станет моей завтра.
И контрольный. Пуск. Выстрел. Разрядка.
Полегчало…. Вроде.
Возвращаюсь. Сгребаю ее в охапку. Засыпаю.
Надеясь, что четырежды задушенный удав уже не будет самовольничать.
Кирилл
Ночь я продержался. Потому что выдрочился и уснул.
Утром эффект выдрочки закончился. И мне снесло башню. Вернее, ему. Я ещё сплю, а он уже проснулся. И настырно лезет в трусики к любимой….
- Кирилл! - сонно-недовольно бурчит Ксюша.
- Доброе утро, Котенок.
Она отодвигается от меня. Я придвигаю ее обратно. Слишком резко. Так, что он почти втыкается…. Мля. Чуть башку не свернул.
- Что это? - возмущенно пищит Ксюша.
- Детка, это мой хуй.
Упс. Не успел отфильтровать базар.
- Ч-чего? - слышу шокированный шепот.
- Это мой….
- Я слышала! А ты не мог бы выражаться как-то… по-другому?
- А как тут по-другому скажешь, если это хуй, - философски замечаю я.
Мне нравится ее дразнить. И шокировать.
Она хихикает. Отодвигается. Я ее возвращаю.
Она умудряется выскользнуть из моих лап и убежать в ванную. Я за ней. Дверь закрыта. На защелку.
Как же я хочу ее.… Не сожрать, так хоть понадкусывать!
Жду пять минут. Ладно, семь. Стучусь.
- Ксюша, открой.
- Ни за что!
- Я буду хорошо себя вести.
- А чем ты сейчас стучишь в дверь? - язвительно интересуется эта провокаторша.
- Угадала.… Ладно, я пошёл готовить завтрак. Приходи.
Минут через пять она приходит на кухню.
Влажная, благоухающая. В моей футболке и полотенце, завязанном на бедрах.
- Это ещё зачем? - спрашиваю ее.
- На всякий пожарный.
Да уж…. противопожарные меры сейчас очень даже в тему. У меня полыхает. И отнюдь не на сковороде.
- Что это? - спрашивает Ксюша, заглядывая через мое плечо.
- Омлет.
А хотелось бы начать утро с минета…
Вслух я это не говорю. У моей девочки слишком нежные ушки.
Пока Ксюша накрывает на стол, я заглядываю в ванную, вижу трусики, которые сушатся на полотенцесушителе. Понятно, почему она замоталась в полотенце.… Выдыхаю. Возвращаюсь.
- Кофе будешь?
- Меня от него тошнит.
- Да? А кто вчера на заправке пил убийственное пойло?
- Вот от пойла нет, а от хорошего кофе…
Я тем временем достаю жестяную банку с кофе, который варю в турке. Она нюхает. Закрывает рот ладошкой.
- Понял. Убрал. На заправку сгонять за поганым кофе?
- А черный чай есть?
- Найдем.
Наш завтрак не блещёт разнообразием: омлет, хлебцы, сыр. Надо будет сегодня заехать в супермаркет или заказать доставку.
Но мне радостно видеть, что Ксюша ест с аппетитом. И ее не тошнит.
