— Ничего страшного, — попытался успокоить его секретарь. — Я узнавал, это обычный вечер, каких в году устраивают несметное количество, даже не бал. Многие господа придут на него без сопровождения. Непринужденная атмосфера, фуршет, легкие напитки, разговоры не о чем. В конце вечера пройдет аукцион, вся выручка от которого пойдет на благотворительность. Я подготовил вам чек, осталось его только подписать. Пожалуй, все… Сразу напомню, что ровно через неделю состоится уже благотворительный бал-маскарад. О костюме на него стоит позаботиться заранее.
— Вот и позаботься, — попросил Орсон. Это даже хорошо, что рядом с ним никого не будет. Ему просто этого не хотелось, из головы все никак не шел вчерашний случай в клубе, не дававший ему работать весь день, и омега, пахнущий сандалом и корицей…
У Орсона засосало под ложечкой, когда, пройдя в зал, он увидел богато сервированный стол. Сразу вспомнил, что толком не пообедал — к нему на прием в его обычное обеденное время напросился инвестор. Старому партнеру по бизнесу Орсон не смог отказать.
Он не слушал, что говорил мэр, низкий тучный альфа, встретивший его в дверях, все его мысли устремились к столу. Красавец-омега, на голову выше своего супруга, улыбаясь, приветливо склонился в поклоне.
Орсон кивал, соглашаясь со всем, что ему пытался сказать мэр на входе, и, судорожно сглатывая, не отводил пристального взгляда от стола. На его счастье в дверях появился следующий участник благотворительного вечера, и Орсон, уже не задерживаясь, прямиком направился к официанту с подносом с шампанским в высоких бокалах — хоть и был он голоден, но определенные приличия все же следовало соблюсти и поздороваться с гостями, которые дефилировали вдоль стола.
Наконец, когда формальности были соблюдены, а сил сдерживать слюну не было уже никаких, Орсон позволил себе положить в тарелку закусок.
Конечно, шампанское с соленой рыбой он уважал, но сейчас от рыбного ассорти, как и от мясного, решил воздержаться. Вот сыра можно было положить, но почему-то он не видел вилок на столе, а есть руками как-то был не приучен. Пришлось остановиться на канапе, тарталетках и профитролях. Но тут Орсон понял, что у него разбежались глаза, и он не знает, что выбрать, на чем остановиться. Канапе овощное или с сыром и оливками? А, может, взять тарталетки с семгой и сыром или с крабовым мясом? Нет, скорее всего, съест валованы с сыром и икрой. Но тут его взгляд упал на рулетики из телятины. Орсон только собрался положить их в свою тарелку, как взгляд из обилия закусок выхватил медальоны — из свинины, из телятины, с балыком и сыром.
— Нет, это невозможно, — проворчал Орсон, накладывая себя в тарелку всего понемногу. Дойдя до конца стола, он попросил официанта налить ему в бокал пунша из белого вина.
Вот теперь можно спокойно немного поесть, пока опять кто-нибудь не пристал с расспросами о бизнесе. Как малые дети, право, словно корпорация ежегодно не публикует отчеты.
— Рекомендую отведать мясо с рисом и черносливом, — раздался за спиной насмешливый голос альфы Энджи, старинного друга Орсона. — Повар постарался на славу. Куриные рулетики с маслинами тоже вполне даже ничего.
Орсон обернулся и чуть не выронил тарелку из рук, аппетита как не бывало — рядом с Энджи стоял вчерашний омега с пустой тарелкой, равнодушно взиравший на разнообразие закусок.
— Спасибо, — судорожно сглотнул Орсон, не зная, что ответить.
— Позволь представить, ведь вы не знакомы, моего жениха Линуса, — продолжил Энджи. — Мы недавно обручились, но день свадьбы еще не назначали. Как определимся, сразу пришлю тебе приглашение. Ты будешь вторым гостем после шафера.
Орсон поставил тарелку на стол и поклонился Линусу, поставившему тоже свою пустую тарелку.
— Орсон, — просто сказал он. Вот и познакомились.
Вчера так и не удалось узнать его имя. Провалявшись дома около часа на тахте, он снова поехал в клуб, но компании омег там уже не было. Ни администратор, ни официант не знали их имен — они не заказывали столик заранее, в клубе были впервые, видимо, мысль что-то отметить возникла у них спонтанно. Для них нашелся по чистой случайности свободный столик. И рассчитались они наличными.
Решив, что это не судьба, Орсон вернулся домой: смысла задерживаться в клубе уже не было никакого — даже Динал так и не приехал, продолжая торчать где-то в «пробке».
И вот, на тебе.
— Прости, дорогой, — обратился Энжи к Линусу. — Орсон развлеки, пожалуйста, моего жениха, я вижу ты один сегодня. Буду тебе весьма благодарен. Мне обязательно надо переговорить с господином Эвансом.
И тут же, лавируя между гостями, быстро удалился, оставив Линуса и Орсона одних.
Они стояли друг напротив друга и молчали, смотря в глаза друг другу.
— Пойдем, — Орсон бережно взял Линуса за руку и повлек за собой в противоположную сторону.
— Куда мы? — спросил тот испуганно, но за Орсоном пошел.
— Пока не знаю, — отозвался тот.
