– Да тут ходят слухи, что нас могут чуть ли не с платформ в бой послать, – совершенно серьезно ответил Круглов. – Думаешь, мы просто так сразу в танки полный боекомплект грузили?
– В какой бой? – удивился Александр. – Мы же туда на блокпосты едем.
– Не знаю, Саня, никто толком ничего не знает или просто не говорят. Что-то там обстановка накаляется. Вон как нас быстро сорвали. А по телеку в новостях тоже ничего конкретного не показывают.
– А это что за БТРы с машинами к нам прицепили?
– Это наш второй мотострелковый батальон, а наша первая танковая рота ему придана. Вот мы вместе туда едем, ну я там сам толком никого не знаю, потому что они в области дислоцированы, а наш танковый батальон в Волгограде, – ответил Вадим. – Много вам еще крутить осталось?
– Да еще несколько коробок на башне, и всё.
Наконец пластид занял своё место в коробочках КДЗ. Щербаков, усталый, сидел на трансмиссии и наблюдал, как трое танкистов на танке командира роты соскабливали часть цифры «0» номера «150», нанесенного белой краской на трех башенных ЗИПах. Заинтересовавшись, Щербаков спрыгнул на темнеющую в сгущавшихся сумерках щебенку и подошел к платформе с танком ротного. В это время один из бойцов аккуратно начал переправлять часть стертой цифры «0» на цифру «9» самодельной кисточкой, окуная её в пол-литровую стеклянную банку с белой краской.
– А зачем вы ноль на девятку исправляете? – спросил Щербаков.
– Если номер оканчивается на ноль, то сразу видно, что это командирский танк. И скорее всего – танк командира роты. Его в первую очередь и будут стараться подбить, – объяснил один из танкистов. Так лейтенант Абдулов сказал и заставил 150 на 159 исправить.
На ночь выставили караул для охраны эшелона, распределили время дежурства между офицерами – солдат нужно постоянно проверять, чтобы не спали на постах. Бойцы в бронежилетах с автоматами охраняли одиннадцать платформ с Уралом и десятью танками первой танковой роты. Один ходил с одной стороны эшелона, второй с другой стороны, меняя караул каждый час. Их контролировали офицеры-танкисты, сменявшие друг друга каждые два часа. Мотострелковый батальон тоже охранял свои вагоны с БТРами, ГАЗ-66-ми и другой военной техникой.
На не успевшей остыть за жаркий день трансмиссии Кравченко расстелил спальный мешок, на который улеглись всем экипажем, накрывшись зимними комбинезонами, вытащенными из ЗИПов. Щербаков мгновенно провалился в сон, не успев толком полюбоваться прекрасным ночным небом с россыпью звезд и Млечным Путем, едва различимым в свете станционных прожекторов.
Ночью его разбудил дежурить старлей Круглов. Поеживаясь от ночной прохлады, Щербаков прохаживался вдоль эшелона. Он курил сигареты одну за одной, вдыхая веющий от железнодорожных путей знакомый запах креозота, смешанный с запахом солдатского пота и дизельного топлива. С танковых трансмиссий и из товарного вагона раздавался дружный храп вымотавшихся за день танкистов.
Где-то грохотали сцепками вагоны, пущенные с горки, переговаривались по громкой связи вагонники, стучали колесами отправляющиеся и прибывающие на станцию составы. И запах нефтепродуктов от стоящих на соседнем пути цистерн доносился такой же, как два месяца назад, только вот Александр сейчас был одет не в оранжевую железнодорожную жилетку, а в камуфлированную военную форму.
Вдоль платформ с танками ходила пара бойцов в бронежилетах с автоматами, но, как выяснилось, пустыми «от греха подальше» магазинами. Поглядывая на старенькие механические часы «Луч», Щербаков так прошатался два часа, иногда присаживаясь на корточки и борясь со сном. Солдаты, охранявшие эшелон, постоянно спрашивали у лейтенанта время – им не терпелось разбудить своего сменщика и, передав автомат с тяжелым бронежилетом, завалиться спать до утра. Наконец Александр разбудил спавшего крепким сном Абдулова себе на смену и, доложив, что происшествий не случилось, вновь залез на трансмиссию своего танка, но сон теперь упорно не шел. Заснул Сашка, когда на востоке начало светать, а на бортах танков выступили влажные следы от предрассветного тумана.
Утро семнадцатого августа девяносто девятого года ничем не отличалось от предыдущего. Так же посветлело на востоке и солнце медленно начало подниматься над горизонтом, обещая очередной жаркий безоблачный день. После завтрака заниматься особо нечем – ждали, когда привезут автоматы на всю танковую роту, пулемёты НСВТ, ПКТ и боеприпасы к ним. Солдаты вновь по двое патрулировали свою часть эшелона. Когда отправится эшелон, никто не знал. По слухам – не раньше вечера, а скорее всего завтра, поэтому Щербаков рискнул подойти к комбату с просьбой съездить в город. «Я быстро, товарищ майор, хоть денег займу там», – соврал лейтенант, хотя еще немного денег у него оставалось. Купцов был в благодушном расположении духа, так как уже с утра хлебнул пивка в пассажирском вагоне, где расположились офицеры мотострелкового батальона.
– Зачем тебе в горах деньги? – усмехнувшись в усы, спросил он.
