Я проехал в ту деревню. Там жил её брат с семьей. Брат сказал, что Эвелина была, похоронила мать и уехала. Подскочила жена брата, увидела, что я богатый человек — это трудно скрыть — и запричитала: «Ах, мы так уговаривали, так уговаривали её остаться. Видите, какой большой у нас дом. Всем бы места хватило, но она уехала. Так жаль, так жаль». Я видел, как они уговаривали и жалеют. Скорее всего, не пожелали выделить ей часть дома как наследство. Вот жадные люди! Я узнал, что фамилия Эвелины Блекход. В каком-то старом языке «блек» — это черный. Вспомнил черные волосы Эвелины, свое прозвище «черный человек» и сказал себе: «Дорогая, а ведь ты тоже чёрненькая!»
Стал искать Эвелину Блекход. Придумал провести перепись населения и ввести «Удостоверения личности». Кабинет Министров меня поддержал, мы провели перепись, но Эвелины Блекход нигде не обнаружилось. Где искать?
Кто-то сказал, что в одной деревне живет девушка, к которой прилетают птицы. Я поехал туда, пришёл к Старосте, спросил. Он сказал, что действительно летом здесь жила девушка, к которой прилетали птицы, но она не черная, а рыжая, и уже уехала. Тут встряла его жена: «Ну и что, что птицы прилетали. Эта городская зазнайка и гордячка здесь никому не нравилась». Диагноз ясен — зависть.
В начале осени пришло известие от Г-жи Женевьевы. Она писала, что Эвелина была, но уехала в неизвестном направлении. И этот след потерялся.
Впрочем, поиски Эвелины не были моей единственной заботой. Было много работы в Кабинете Министров. Слава Богам, упорная деятельность Министров была успешна, и появились первые результаты. Появилась система и порядок.
Кроме того, я строил большой дом, почти дворец, возле замка на том месте, где стоял лагерь короля Джафара, и дом поменьше в столице, и мечтал, что когда-нибудь буду жить в них вместе с Эвелиной. Дом с садом в столице строился на месте сожженных во время эпидемии кварталов бедняков. Место было расчищено и построено здание Кабинета Министров, мой дом и другие дома.
Во время эпидемии умерла одна пятая часть населения столицы. Это намного меньше, чем описано в книгах, но все равно очень много. Свободные дома были, их дезинфицировали и решениями Кабинета Министров и Магистрата туда селили оставшихся без жилья. На улице никто не остался.
Я часто бывал у Нинель. Мы с ней очень подружились, она поняла, как я люблю Эвелину, и обещала помогать. Она говорила, что получает рисунки Эвелины, но они отправлялись из разных мест. По-видимому, она просит пассажиров дилижансов посылать конверты подальше от этой станции. Однажды Нинель пришла ко мне обрадованная и сказала, что получила письмо от Эвелины, где та просит послать ей немного денег в банк города Берг. Я бросил все дела, помчался туда. Банкир, что-то говорил мне о тайне вклада, о тайне финансовых операций. Я назвал себя, пообещал ему «долгую и счастливую жизнь», он сразу всё понял и сказал, что это деньги для Г-жи Эвелины Мюллер, учительницы из г. Берг.
И вот я стою перед крыльцом её дома, её школы, и не решаюсь войти. Прежняя робость охватывает меня. «Ну что же ты, господин Премьер-Министр, вперед, давай» — и я толкаю дверь.
Миновав маленькую прихожую, вхожу в класс. ОНА!!! Ведет урок. Я показываю жестом, чтобы не отвлекалась, прохожу и усаживаюсь за последнюю парту.
Девочка моя! Она всё такая же. Платье простого покроя зеленого цвета с белым кружевным воротничком и манжетами. Ба! Кто-то говорил, что зелёный будет главным цветом этого лета. Волосы каштановые с рыжей прядью надо лбом аккуратно зачесаны. Этой зимой в столице все дамы с ума посходили, перекрашивая волосы и высветляя отдельные пряди. Вот откуда ветер дует! Что вытворяют эти девчонки! Законодательницы мод, чёрт возьми!
Эвелина говорила о том, что такое Дар. Она говорила, что Дар есть в каждом человеке, но нужно с детства его развивать и тогда человек будет настоящим Мастером — кузнецом, плотником, лекарем, учителем, адвокатом — это не важно. Важно, что он будет любить своё дело и это дело полюбит его, и он принесёт много пользы. Ещё очень важно, чтобы этот Дар приносил пользу людям, без этого он бесполезен и погибает. Я подумал про себя, действительно так, вот взять хлеб, один — высокий, пышный, вкусный, а другой из такой же муки, воды, соли, закваски — осевший и серый. Какие важные вещи говорит Эвелина!
«Г-жа Учительница, а у Вас какой Дар?» — говорит одна девочка. — «Ясно какой, учительский», — отвечает ей другой голос. — «Так как Том усвоил, что такое десятичные дроби, то, наверное, — да, учительский», — говорит Эвелина, все смеются, наверное, вспомнили какой-то эпизод из их школьной жизни. — «А ещё у Вас Дар травницы. Вы столько трав знаете!» — «А ещё у Вас Дар укрощать родителей» — раздается голос с последней парты. Все смеются, наверное, всем это хорошо знакомо.
